Резня Святого Варфоломея

[...]

"Je ne vous peindrai point le tumulte et les cris,
Я вам не опишу смятение и крики,

Le sang de tous côtés ruisselant dans Paris,
Кровь льющуюся всюду по Парижу,

Le fils assassiné sur le corps de son père,
Сына убитого над отцовским телом,

Le frère avec la sœur, la fille avec la mère,
Брата с сестрой, дочь с матерью,

Les époux expirant sous leurs toits embrasés,
Супругов гибнущих под крышею горящей,

Les enfants au berceau sur la pierre écrasés:
Детей из колыбелей о камень размозжённых:

Des fureurs des humains c'est ce qu'on doit attendre.
Вот, что ожидать от ярости людской.

Mais ce que l'avenir aura peine à comprendre,
Но то, что будущему затруднительно будет понять

Ce que vous-même encore à peine vous croirez,
Во что самим вам трудно будет верить,

Ces monstres furieux, de carnage altérés,
Монстры яростные, алчные до бойни,

Excités par la voix des prêtres sanguinaires,
Возбуждённые речами попов кровожадных,

Invoquaient le Seigneur en égorgeant leurs frères;
К Всевышнему взывают когда режут своих братьев;

Et, le bras tout souillé du sang des innocents,
И, оружие их всё в крови невинных,

Osaient offrir à Dieu cet exécrable encens.
Осмеливаются подносить Господу сей мерзкий фимиам."


— François-Marie Arouet (Voltaire)
"La Henriade"
-----

На картине:
Манипулированная топография адаптирована к желанию показать вместе основные места этой трагедии. Слева мы узнаем церковь монастыря Гранд-Огюстен (ныне снесенного), где зазвонил тревожный колокол, призвавший к началу убийств, Сену и Пон-де-Менье (Мост мельников). В центре на заднем плане — Лувр, а перед зданием — Катерина Медичи, Чёрная Вдова, главная зачинщица массовых убийств. В центре на среднем плане — частный особняк, в котором адмирал де Колиньи, лидер протестантской партии, был убит, а затем выброшен из окна, обезглавлен и кастрирован. Вокруг его тела собрались лидеры католической партии, герцоги де Гиз и Омаль, а также шевалье д'Ангулем. Справа на заднем плане — Порт Сен-Оноре, а на холме Ла-Виллет — виселица Монфокон, где тело адмирала будет повешено за ноги. На картине изображено более 150 фигур, и она представляет собой настоящий каталог жестокости периода гражданской войны. Беременная женщина с выпотрошенными внутренностями (справа на заднем плане картины), дети, тащащие младенца на веревке (в центре на заднем плане, справа от Моста мельников), женщина, насаженная на вертел (сразу за детьми, тащащими младенца), обнажённые и сложенные в кучу трупы (в частности, у ног Екатерины Медичи), разграбленные дома (за католическими лидерами). Король Карл IX стреляет из аркебузы в своих подданных из окна Лувра (вероятно, из левой башни здания).

Art: François Dubois

#culture #history

Пляска Смерти. I - The Creation

Formauit Dominvs Devs hominem de limo terræ, ad imaginé suam creauit ilium, masculum & fœminam creauit eos.

Сотворил Господь Бог человека из праха земного, по образу и подобию своему, мужчиной и женщиной сотворил их.


— Genesis [Бытие] I. & II.
(1:27 Вульгаты (латинской версии Библии 4го века))
-----

DIEU, Ciel, Mer, Terre, procréa
БОГ, Небо, Море, Земля, сотворены

De rien demonstrant sa puissance
Без демонстрации его силы [без усилий]

Et puis de la terre créa
И потом из земли он создал

L'homme, & la femme a sa semblance.
Мужчину и женщину по своему подобию.


Art: Hans Holbein the Younger

(контекст)

#culture #danceofdeath

Мюрика

▶️ La Coka Nostra - I'm An American

[John F. Kennedy]
To a new generation of Americans...

[Richard Nixon]
I must put the interest of America first

People have got to know whether or not their president is a crook
I am NOT a crook...

[Slaine]
I’m an American

[Charles Manson]
The United States of America is the demon of the world...

[Verse 1: Slaine]
I’m a product of America, youth psychotic from narcotics
Born consumers and STD’s, yeah I got it
A victim of a media machine, violence and lust
Top to bottom and greedy in between
I’m a menace with big dreams
And no morals to stop me from nothin'
I gotta get mine, that’s why I went and copped me a gun
Police would put me in a cage if they could lock me in one
These dudes would kill me out of jealousy; they’d pop me and run
Shit, I’m bloodthirsty too, we were raised with foul ways
It’s in everything we watch and listen to nowadays
And the younger kids are way more depraved
With a hunger for beef, some’ll run around the neighborhood crazed
Land of the free, home of the brave, my world is a morgue
One day I’ll lay alone in a grave, still my dome is enslaved
In the haze of the power I crave
I can’t help it, this is how I was raised
(I'm an American!)

[Verse 2: ILL Bill]
My synergy’s a conspiracy, I hit the scene like spinning guillotines
Villains creep through your village deep while idiots sleep
I’m awake, dominate, annihilate, I violate
Obliterate, incinerate, exterminate, I’m an American
Murder, hate, violence and war, tyrants galore
Riots and more, a violent uproar, the rise of the poor
We monitor all, everybody signed at the door
So walk out now or you may never survive at all
We murder capitals, turn hometowns to homicides
TNT tinted Econolines
My take on society’s beyond the fabrications that they prophesized
Colonize through modern lies
Economize and sodomize
Humanity everyday, vanity's great
Gravity take hold of your sanity, wait
This is not an exercise, this is real life
Salvage your fate, contaminated planet of hate
The children sing a passage of faith
Lavish taste was a trait of Alexander the Great
Savage grace gravitate to mathematics and space
Like Dr. Malachi when the hidden cameras invade
Get shafted and played, like the others these cannibals ate
(I’m an American)


[ILL Bill]
I’m an American
I need a blowjob and a pizza

[Everlast]
America! America! God shed His grace on thee
And crown thy good with brotherhood, from sea to shining sea

[Verse 3: Everlast]
Ay yo, my gluttonous nature is imperialistic
I’m completely irrational, I’m unrealistic
Got the right to talk shit, got the right to bear arms
I bring disease, I bring famine with some guns and some bombs
Got my four-horse squad, my lightning rod
I’m in a beef with the Devil, not a fight for God
I’m from the Highland clans, I’m on some stolen lands
The crown jewel in the New World Order plans
Get your corder-cam, place your order, man
Step up right this way to slaughter, lamb
While every one of y'all's freedoms got emancipated
You just surfed on the net and you masturbated
We got hoes, we got thugs, we got sex, we got drugs
We got laws, we got all the right people to break ‘em
We got blood, you got oil, you got land we can spoil
We got bigger, better guns, yo I know we can take ‘em

Гиперреальное

"Если когда-то мы могли увидеть притчу Борхеса, в которой картографы Империи составляют карту, настолько подробную, что она в конечном итоге охватывает всю территорию (упадок Империи сопровождается постепенным износом этой карты и её превращением в руины, хотя некоторые обрывки всё ещё можно разглядеть в пустынях — метафизическая красота этой разрушенной абстракции свидетельствует о гордости, равной гордости Империи, и гниёт, как труп, возвращаясь к субстанции почвы, немного так же, как двойник в конце концов смешивается с реальным в результате старения) — как самая красивая аллегория симуляции, эта басня теперь для нас замкнула круг и обладает лишь сдержанным очарованием симулякров второго порядка.

Сегодня абстракция больше не является абстракцией карты, двойника, зеркала или концепции. Симуляция больше не является симуляцией территории, референциального существа или субстанции. Это генерация моделями реальности без происхождения или реальности: гиперреальное. Территория больше не предшествует карте и не выживает после неё. Тем не менее, именно карта предшествует территории — прецессия симулякров — порождает территорию, и если вернуться к басне, то сегодня это территория, чьи обрывки медленно гниют по всей карте. Именно реальность, а не карта, чьи следы сохраняются тут и там в пустынях, которые больше не принадлежат Империи, а принадлежат нам. Пустыня самой реальности.

На самом деле, даже в инвертированном виде притча Борхеса непригодна для использования. Остаётся, пожалуй, только аллегория Империи. Потому что именно с помощью этого же империализма современные симуляторы пытаются совместить реальное, всё реальное, со своими моделями симуляции. Но это уже не вопрос карт или территорий. Что-то исчезло: суверенная разница между одним и другим, которая составляла очарование абстракции. Потому что именно различие составляет поэзию карты и очарование территории, магию концепции и очарование реальности. Это воображаемое представление, которое одновременно кульминирует в безумном проекте картографов по достижению идеальной коэкстенсивности карты и территории и поглощается им, исчезает в симуляции, действие которой является ядерным и генетическим, а не зеркальным или дискурсивным. Потеряна вся метафизика. Больше нет зеркала бытия и явлений, реальности и её концепции. Больше нет воображаемой коэкстенсивности: генетическая миниатюризация является измерением симуляции. Реальное производится из миниатюрных клеток, матриц и банков памяти, моделей контроля — и может быть воспроизведено из них бесконечное количество раз. Оно больше не нуждается в рациональности, потому что больше не измеряется ни по идеалу, ни по негативному образцу. Оно больше не является ничем иным, как операционным. Фактически, оно больше не является реальным, потому что его больше не окружает воображаемое. Оно является гиперреальным, произведенным из излучающего синтеза комбинаторных моделей в гиперпространстве без атмосферы."


— Jean Baudrillard
"Simulacra and Simulation" (1981)

The illusion of reality: How AI-generated images (AIGIs) are fooling social media users

#culture #tech #ai

The illusion of reality: How AI-generated images (AIGIs) are fooling social media users

#ai #tech

Скажи мне, чей Крым, и я тебе скажу, кто ты.

Люди делятся на два типа: тех, кто правильно отвечает на этот вопрос, и оккупантов.

Пляска Смерти. II - The Temptation

Quia audisti vocem vxoris tuæ, & comedisti de ligno ex quo preceperam tibi ne comederes, &c.

Потому что ты послушался голоса своей жены и съел от дерева, с которого Я запретил тебе есть.

— Genesis III. [Бытие 3:17]
-----

ADAM fut par EVE deceu
Адам был обманут Евой

Et contre DIEU mangea la pomme,
И против воли Бога съел яблоко,

Dont tous deux ont la Mort receu,
За что оба были наказаны Cмертью,

Et depuis fut mortel tout homme.
И с тех пор все люди стали смертными.


Art: Hans Holbein the Younger

(контекст)

#culture #danceofdeath

Звіт

Автосканер прибыл по назначению.

"Королева"

Пряный вечер. Гаснут зори.
По траве ползет туман.
У плетня на косогоре
Забелел твой сарафан.

В чарах звёздного напева
Обомлели тополя.
Знаю, ждешь ты, королева,
Молодого короля.

Коромыслом серп двурогий
Плавно по небу скользит.
Там, за рощей, по дороге
Раздаётся звон копыт.

Скачет всадник загорелый,
Крепко держит повода.
Увезет тебя он смело
В чужедальни города.

Пряный вечер. Гаснут зори.
Слышен чёткий храп коня.
Ах, постой на косогоре
Королевой у плетня.


— Сергей Есенин
-----

Пряний вечір. Гаснуть зорі.
Долом стелиться туман.
Між беріз на косогорі
Майорить твій сарафан.

Зачаровані дерева.
Зір мелодія гуля.
Ти чекаєш, королева,
Молодого короля.

Коромислом серп дворогий.
Хмар на небі оксамит.
Там, за гаєм, на дорозі,
Лине лунко дзвін копит.

Скаче вершник там грайливо,
Віжки міцно він трима.
Відвезе тебе сміливо
Де завжди буя весна.

Пряний вечір. Гаснуть зорі.
Храп коня. Берізок стрій.
Ще між них на косогорі
Королевою постій.


Перевод: Роман Селіверстов

В отсветах Первопричин (1)

[...]

"Я предсказываю, что когда-нибудь где-нибудь будет созван симпозиум, на который будут приглашены не только учёные всех наук, но и священнослужители, философы и, возможно, даже один или два художника. Возможно, эта конференция не состоится при нашей жизни, но когда-нибудь она обязательно состоится. И её темой будут Первопричины. [First Causes]

Два недавних события*, одно в области физических наук, другое в области биологии, стали яркими ориентирами, указывающими на то, что когда-нибудь состоится съезд умов. Самое последнее из них произошло вечером 6 сентября 1965 года, когда в Кембридже в своем выступлении перед Британской ассоциацией по продвижению науки великий астроном Фред Хойл отказался от своей теории стационарного состояния Вселенной. Как это часто бывает, когда молнии разрывают научное небо, гром долго не раздается. Он ещё не начал по-настоящему греметь.

-----
* книга 1966-ого года
-----

Около двадцати лет назад** Хойл и несколько его коллег выдвинули вполне рациональное предположение, что Вселенная всегда существовала и всегда будет существовать более или менее в том виде, в каком она существует сегодня. Она постоянно расширяется. Галактики, подобные нашей, которую мы называем Млечным Путём, всё дальше удаляются от своих соседей. Но по мере образования пустот новые звезды и новые галактики конденсируются из далеко разбросанных облаков газа, чтобы заполнить пространство между ними. Время и материя, как мы их знаем, действительно бесконечны. И мир, в котором наша Земля занимает столь малую долю, был миром без начала, так как он является миром без конца.

-----
** Quasi-steady-state cosmology (QSS), 1933 год
A quasi-steady state cosmological model with creation of matter
-----

Теория стационарного состояния, подкреплённая множеством доказательств, была утешительной для рационального ума, как и бесконечность. Необъяснимое [inexplicable] склонилось перед неистребимым [ineradicable]. Законы науки могут быть изменены, дополнены и даже отменены в пользу новых законов. Сама наука, однако, опиралась на самое абсолютное из оснований — абсолютную бесконечность. Но затем появилась радиоастрономия, новая техника, с помощью которой гигантские антенны обнаруживают и исследуют далёкие звездные объекты с помощью излучаемых ими радиоволн. А вместе с радиоастрономией появился Мартин Райл и Большой Взрыв.

Райл предположил, что наш мир далеко не является бесконечным и не имеет ни начала, ни конца, а Вселенная, как мы её знаем, возникла чуть более десяти миллиардов лет назад (то есть чуть больше, чем в два раза больше возраста самой Земли) в результате огромного взрыва. До этого момента вся существующая материя была спрессована в твёрдую массу с плотностью, о которой нам не нужно говорить, поскольку мы не можем её представить. Затем произошел взрыв такой силы, о которой нам также не нужно говорить, поскольку мы не можем её себе представить. Но когда мы с вами выходим на крышу или на травянистый холм и позволяем своему воображению свободно блуждать среди звездных просторов вечного чуда, то, если Райл прав, мы блуждаем среди фрагментов того древнего катаклизма, который создал всё сущее.


— Robert Ardrey
"The Territorial Imperative: A Personal Inquiry into the Animal Origins of Property and Nations"

(продолжение)

#саганщина #history

В отсветах Первопричин (2)

(начало)

Имена Райла и Хойла напоминали имена старой команды варьете, а противостояние «Большого взрыва» и «Стационарного состояния» добавляло некоторую торжественность к знаменитой полемике. Последствия были действительно отрезвляющими, невычислимыми для непрофессионала, как уравнения астрономов. Если бы Райл оказался прав, и Сотворение было бы помещено в конечную точку в континууме пространства и времени, то все угасающие аргументы метафизической традиции я бы воспринял как неожиданный глоток свежего воздуха из кислородной палатки; а иначе непостижимые законы науки, основанные на вечных измерениях самой бесконечности, как лабиринт искусственных дамб и плотин, пробитых в одном единственном месте, исчезли бы во всемогущем потоке древних, непостижимых вод. Но нельзя было воспринимать Райла всерьёз, так же как нельзя было принимать буквально вступительные заявления библейской Книги Бытия.

Затем наступил 1960 год. В том году методы визуальной и радиоастрономии были объединены, чтобы обнаружить странный объект в нашем небе: он был настолько далёк, что миллиарды лет прошли с тех пор, как свет, который мы наблюдали, был фактически порождён; мы наблюдали прошлое. Однако, несмотря на то, что его свет был тусклым, его энергия была огромной, и эта энергия принадлежала объекту, находящемуся в стремительном полёте. Это не была звезда, это не была галактика: мы называли его квазизвёздным объектом, и это выражение быстро сократилось до «квазар»*. И по мере того, как всё больше и больше квазаров обнаруживались в пространстве за пределами конечного пространства, улетая со скоростью, приближающейся к предельной скорости света, перед нашими космологами предстала ужасающая возможность, как оборванный незнакомец у дверей: Райл мог быть прав. Квазары ведут себя в соответствии с его уравнениями: это самые дальние снаряды, выброшенные первоначальным взрывом, первоначальные объекты первоначального момента, отсеянные и смягчённые этим отстающим временем. Они были так далеко, их свет так долго добирался до нас, что то, на что мы смотрели, всё ближе и ближе, было само Создание.

-----
* Представьте себе область размером примерно с Солнечную систему, излучающую в 100–1000 раз больше света, чем вся галактика, содержащая сто миллиардов звезд, и создающую свечение, которое затмевает свою галактику и всё, что в ней находится.

Это далёкие галактики, невероятно яркие ядра которых питаются сверхмассивными чёрными дырами.

Квазары возникают, когда огромные количества материи падают в сверхмассивную черную дыру, вращаясь вокруг неё в форме диска перед входом. Этот «аккреционный диск» (от лат. accrētiō «приращение, увеличение») подвергается воздействию экстремальных гравитационных и фрикционных (трение) сил, в результате чего газ и пыль нагреваются до миллионов градусов и становятся светящимися, выбрасывая в космос ослепительные струи материи.
-----

Небеса замыкают/окружают [enclose] нас, но манят [beckon]. Когда мы стоим на нашем холме, звёзды заточают [imprison] нас, но освобождают. Так же как Homo sapiens является инцидентом в истории органического бытия, так и органическое бытие становится случайным происшествием [accident], возможно, преобладающей случайностью, в истории материи, времени и энергии. Мы существуем; мы здесь. Пусть вероятность бросает нам вызов или поддерживает нас, она только усиливает нашу роль; пусть случайность звёзд отрицает нас, но, как звёзды остаются, так и мы остаемся; пусть Первая Причина, невозмутимая, игнорирует наше статистическое присутствие: всё равно мы здесь, в триумфе или в бедствии [tribulation], в божественном соответствии [divine accordance] или в отчаянной аномалии, утверждая своё существование в том мимолётном космосе, частью которого мы являемся."


— Robert Ardrey
"The Territorial Imperative: A Personal Inquiry into the Animal Origins of Property and Nations"

Gaia maps largest ever collection of quasars in space and time

#саганщина #history

Понедельничный прошлонедельник
(29/12 — 11/01)

1. Под костяным сводом (Часть 7) | Комплексные адаптивные системы религий (1), (2), (3)

2. Восход постграмотного общества и конец цивилизации (Марриотт)

3. Ретроградная эволюция (Саймак) (1), (2), (3)

4. Отрицание зверств и страданий (Коэн) (1), (2)

5. Musée des Beaux Arts (Оден + Брейгель)

6. Пляска смерти: Les Simulachres & Historiées Faces de la Mort

7. Пляска смерти: Королевская песнь (примечание)

8. Пляска смерти: Chant Royal (Добсон) (1), (2), (3)

9. Сперва абсурд, потом несправедливость (Вольтер)

10. Резня Святого Варфоломея (Вольтер)

11. Гиперреальное (Бодрийяр)

12. В отсветах Первопричин (Ардри) (1), (2)
-----

𓂀
• Dawn of Ashes - Pawns of Wretched
• Anaal Nathrakh - Obscene as Cancer
• Arch Enemy - End of the Line
• Изучаем "Пляску Смерти" Гольбейна
• Old men are dangerous
• Пляска Смерти. I - The Creation
• La Coka Nostra - I'm An American
• Луддиты против розеткоёбов
• How putin began taking Crimea long before 2014
• Пляска Смерти. II - The Temptation
• "Королева" Есенина (ru|ukr)
-----

Highlights:
The illusion of reality: How AI-generated images (AIGIs) are fooling social media users
-----

Звіт
[1, 2, 3]
-----

Сбор на медицину для Спартана, Хартии, и 92ой ОШБ, осталось накружить 37к гривен.

-----

россиянские оккупанты хотят нас сломить, но хуй бы там плавал им за воротник.

#monday

“That men do not learn very much from the lessons of history is the most important of all the lessons that history has to teach.”


― Aldous Huxley

Пляска Смерти. III - The Expulsion

Emisit eum Dominvs Devs de Paradiso voluptatis, vt operaretur terrain de qua sumptus est.

Поэтому Господь Бог изгнал его из Эдемского сада, чтобы он возделывал землю, из которой был взят.

— Genesis III. [Бытие 3:23]
-----

DIEU chassa l'homme de plaisir
Бог изгнал человека из рая

Pour uiure au labeur de ses mains:
Чтобы он трудился своими руками:

Alors la Mort le uint saisir,
Тогда Смерть схватила его,

Et consequemment tous humains.
И, следовательно, всех людей.


Art: Hans Holbein the Younger

(контекст)

#culture #danceofdeath

Биополитика и философия (1)

[...]

"То, что биополитика в нацизме обрела свою самую ужасающую форму исторической реализации, не означает, однако, что она разделила его судьбу самоуничтожения. Вопреки тому, что можно было бы подумать, конец нацизма ни в коей мере не означал конец биополитики. Такая гипотеза не только игнорирует долгий процесс становления биополитики (корни которого уходят в модерн), но и недооценивает масштабность их общего горизонта. Нацизм не породил биополитику. Скорее, нацизм был крайним и извращённым результатом определенной версии биополитики, что неоднократно доказывалось годами, прошедшими с момента падения режима. Не только прямое отношение между жизнью и смертью не было смягчено/сдержано [moderated], но, напротив, эта связь, по-видимому, постоянно расширяется. Ни один из наиболее важных вопросов, интересующих широкую общественность (которую становится всё труднее отличить от частной), не может быть интерпретирован вне глубокой и зачастую непосредственной связи со сферой bios’а.

От растущей значимости этнической принадлежности в отношениях между народами и государством до центральной роли вопроса здравоохранения как привилегированного индекса функционирования экономической системы, до приоритета, который все политические партии отдают в своих программах общественному порядку — во всех областях мы наблюдаем тенденцию к уплощению политического в чисто биологическое (если не в само тело) тех, кто одновременно является субъектами и объектами. Внедрение работы в соматическую, когнитивную и аффективную сферу индивидуумов; зарождающееся преобразование политических действий в операции внутренней и международной полиции; огромный рост миграционных потоков мужчин и женщин, лишённых всякой юридической идентичности, сведенных к состоянию голого существования — всё это не что иное, как явные следы нового сценария?

Если мы посмотрим на продолжающееся смешение нормы и исключения, связанное со стабилизацией чрезвычайного законодательства, то обнаружим ещё один признак всё более очевидной биополитической характеристики современного общества. То, что навязчивый поиск безопасности в связи с угрозой терроризма стал стержнем, вокруг которого вращаются все нынешние правительственные стратегии, даёт представление о происходящей трансформации. От политизации биологического, начавшейся в поздней современности, мы теперь перешли к столь же интенсивной биологизации политического, которая делает сохранение жизни через воспроизводство единственным проектом, пользующимся универсальной легитимностью.


— Roberto Esposito
"Bios: Biopolitics and Philosophy"

(продолжение)

Art: Douglas Smith

#philosophy #politics

Биополитика и философия (2)

(начало)

Однако с этой точки зрения уместно напомнить, что не только политика жизни, которую нацизм тщетно пытался экспортировать за пределы Германии — конечно, в неповторимых формах — была распространена на весь мир, но и её специфическая иммунитарная (или, точнее, аутоиммунитарная) тональность. То, что защита биологической жизни стала в значительной степени доминирующим вопросом в том, что уже некоторое время называется внутренними [domestic] и внешними/иностранными [foreign] делами, которые теперь накладываются на единое тело мира без внешней (и, следовательно, без внутренней) стороны, является чрезвычайным признанием абсолютного совпадения, которое произошло между биополитикой и иммунизацией.

Спустя пятьдесят лет после падения нацизма, имплозия / крах советского коммунизма стала последним шагом в этом направлении. Как будто в конце того, что всё ещё считалось последней и наиболее полной из философий истории, жизнь, то есть борьба за её защиту / отрицание, стала единственным горизонтом смысла глобальной политики. Если во время холодной войны иммунная машина всё ещё функционировала за счёт производства взаимного страха и, следовательно, имела эффект сдерживания катастроф, которые всегда угрожали (и именно по этой причине никогда не происходили), то сегодня, или, по крайней мере, начиная с сентября 2001 года, иммунная машина требует вспышки эффективного насилия со стороны всех соперников. Идея — и практика — превентивной войны представляет собой наиболее острую точку этого аутоиммунного поворота современной биополитики в том смысле, что здесь, в самоопровергающей фигуре войны, ведущейся именно для того, чтобы избежать войны, отрицание иммунной процедуры возвращается к самой себе, пока не охватывает всю структуру. Война больше не является всегда возможной противоположностью глобального сосуществования, а единственной эффективной реальностью, где важно не только зеркальное качество, определяемое между противниками (которых следует различать по их ответственности и первоначальным мотивам), но и контрфактуальный результат, который неизбежно вызывает их поведение — другими словами, экспоненциальное умножение тех же рисков, которых хотелось бы избежать или, по крайней мере, уменьшить с помощью инструментов, которые вместо этого предназначены для их более интенсивного воспроизведения.

Как и в случае с самыми серьёзными аутоиммунными заболеваниями, так и в случае с текущим планетарным конфликтом: чрезмерная защита разрушительно обращается против того же тела, которое продолжает её активировать и усиливать. Результатом является абсолютная идентификация противоположностей: между миром и войной, обороной и нападением, жизнью и смертью, они поглощают друг друга без какого-либо дифференциального остатка. То, что сегодня наибольшую угрозу (или, по крайней мере, то, что считается таковой) представляет биологическое нападение, имеет очевидное значение: теперь не только смерть подстерегает жизнь, но и сама жизнь является самым смертоносным инструментом смерти. И чем ещё, помимо фрагмента жизни, является камикадзе, кроме как фрагментом, который разряжается на жизни других с намерением убить их?


— Roberto Esposito
"Bios: Biopolitics and Philosophy"

(продолжение)

Art: Cacophony | Michael Whelan

#philosophy #politics

Биополитика и философия (3)

(предыдущее)

Биополитический переход, который характеризует современность, продвигаемую этой перспективой, не изменил такой «корпоративности», что также демонстрируется на лексическом уровне длительным использованием метафоры «политическое тело» [body politic] То, что стратегии суверенной власти направлены непосредственно на жизнь подданных (sudditi) во всех их биологических потребностях в защите, воспроизводстве и развитии, не только не ослабляет, но и ещё больше усиливает семантику тела, унаследованную от средневековой политической теологии. Нет ничего больше, чем это тело (в индивидуальном и коллективном смысле), которое восстанавливает и способствует динамике взаимной взаимосвязи между политикой и жизнью, и это по ряду причин.

Во-первых, из-за соматического представления легитимного гражданства до того, как демографические, гигиенические и санитарные вопросы начали играть всё более важную роль в государственном управлении. Во-вторых, потому что именно идея органического тела подразумевает, в качестве необходимого дополнения, наличие трансцендентного принципа, способного объединить членов в соответствии с определенным функциональным замыслом: тело всегда имеет душу или, по крайней мере, голову, без которых оно было бы сведено к простой агломерации плоти. Вовсе не отвергая массово этот образный аппарат, тоталитарная биополитика (но прежде всего нацистская биополитика) доводит его до крайнего результата, переводя то, что всегда считалось не более чем влиятельной метафорой, в абсолютно реальную реальность: если люди имеют форму и субстанцию тела, то о них нужно присматривать [curato], защищать и укреплять с помощью инструментов и завершённости [finality], которые являются чисто биологическими. Они не исключали то, что традиционно называлось душой, но понимали её биологически как носитель расовой наследственности, предназначенной для того, чтобы отличать здоровую часть от больной внутри тела — «настоящее» тело от плоти, лишенной жизненного резонанса и поэтому подлежащей возвращению к смерти [respingere alia morte]. Как мы видели ранее, эта двойная, био-спиритуальная инкорпорация была конечным результатом иммунного синдрома, настолько выходящего из-под контроля, что он не только уничтожает всё, с чем соприкасается, но и катастрофически обращается против собственного тела."


— Roberto Esposito
"Bios: Biopolitics and Philosophy"

#philosophy #politics