Нейроэкзистенциализм pinned «Сбор замер, увы, а на войне время не останавливается, люди ждут. Сняли 30к, заказали 5 аптечек для 81 ОАМБр. Осталось 41 518 грн. Вдруг кто-то ещё в состоянии и желает помочь — велкам. ----- ✧ Монобанка волонтёра ✧ Карта: 4874 1000 3827 0347 -----»
Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (11)
(предыдущее)
Концепция «духа времени» Моники Краузе как инструмент социологического анализа утверждает, что zeitgeist можно наблюдать как «паттерн в значимых практиках, специфичный для определенного исторического периода, связывающий различные сферы социальной жизни и социальные группы и распространяющийся на географические контексты». Таким образом, продолжает Краузе, «концепция духа времени сенситизирует (делает восприимчивыми) нас к ряду феноменов, которые можно описать как независимо от других культурных явлений, таких как транс-исторические схемы, бинарные оппозиции или групповые паттерны, так и наряду с ними».
What is Zeitgeist? Examining period-specific cultural patterns
Большие группы людей вынуждены реагировать на материальные изменения схожим образом — бытие определяет сознание — что приводит к (относительно) единой масштабной переориентации общества, которая создаёт «общественное настроение», определяющее как люди «проявляют» свою субъективность. Оно наполняет мир смыслом, формирет отношение к институциям и другим социальным группам, диктует направление действий отдельных людей, чьи решения и действия имеют масштабные материальные последствия для множества других. Формируя материальные условия жизни, настроение времени формирует настроение (будущего) времени.
В своих записках из тюрьмы Антонио Грамши пишет, что объективность — это интер(меж)субъективность:
"Может показаться, что существует внеисторическая и внечеловеческая объективность. Но кто может судить о такой объективности? … Действительно, можно утверждать, что здесь мы имеем дело с пережитком концепции Бога, именно в её мистической форме — концепции неизвестного Бога… Объективность всегда означает «человечески объективный», что можно считать точно соответствующим «исторически субъективному»: другими словами, объективность означала бы «универсальную субъективность». Человек познаёт объективно постольку, поскольку знание реально для всего человечества, исторически объединённого в единую культурную систему. Но этот процесс исторического объединения происходит через исчезновение внутренних противоречий, которые разрывают человеческое общество."
Selections from the Prison Notebooks
-----
Название этой главы, Barbenheimer Zeitgeist — отсылка к синергическому эффекту двух фильмов, рассказывающих о спектре ужасов, с которыми сталкивается мир. Пластик и плутоний, патриархат и призрак ядерной войны, климатический кризис и социальная дискриминация по цвету кожи, полу, воспринимаемому социальному статусу — это всё то, что Тимоти Мортон называет «гиперобъектами» — явлениями, масштабы которых значительно превосходят человеческие представления о времени и пространстве.
“Гиперобъектом может быть чёрная дыра. Гиперобъектом может быть нефтяное месторождение Лаго-Агрио в Эквадоре или Эверглейдс во Флориде. Гиперобъектом может быть биосфера или Солнечная система. Гиперобъектом может быть совокупность всех ядерных материалов на Земле; или только плутоний, или уран. Гиперобъектом может быть очень долговечный продукт непосредственного человеческого производства, такой как пенополистирол или пластиковые пакеты, или совокупность всей шумящей машинерии капитализма. Таким образом, гиперобъекты являются «гипер» по отношению к какой-либо другой сущности, независимо от того, произведены ли они непосредственно людьми или нет.
Art: Walker Wright
(продолжение)
(предыдущее)
Концепция «духа времени» Моники Краузе как инструмент социологического анализа утверждает, что zeitgeist можно наблюдать как «паттерн в значимых практиках, специфичный для определенного исторического периода, связывающий различные сферы социальной жизни и социальные группы и распространяющийся на географические контексты». Таким образом, продолжает Краузе, «концепция духа времени сенситизирует (делает восприимчивыми) нас к ряду феноменов, которые можно описать как независимо от других культурных явлений, таких как транс-исторические схемы, бинарные оппозиции или групповые паттерны, так и наряду с ними».
What is Zeitgeist? Examining period-specific cultural patterns
Большие группы людей вынуждены реагировать на материальные изменения схожим образом — бытие определяет сознание — что приводит к (относительно) единой масштабной переориентации общества, которая создаёт «общественное настроение», определяющее как люди «проявляют» свою субъективность. Оно наполняет мир смыслом, формирет отношение к институциям и другим социальным группам, диктует направление действий отдельных людей, чьи решения и действия имеют масштабные материальные последствия для множества других. Формируя материальные условия жизни, настроение времени формирует настроение (будущего) времени.
В своих записках из тюрьмы Антонио Грамши пишет, что объективность — это интер(меж)субъективность:
"Может показаться, что существует внеисторическая и внечеловеческая объективность. Но кто может судить о такой объективности? … Действительно, можно утверждать, что здесь мы имеем дело с пережитком концепции Бога, именно в её мистической форме — концепции неизвестного Бога… Объективность всегда означает «человечески объективный», что можно считать точно соответствующим «исторически субъективному»: другими словами, объективность означала бы «универсальную субъективность». Человек познаёт объективно постольку, поскольку знание реально для всего человечества, исторически объединённого в единую культурную систему. Но этот процесс исторического объединения происходит через исчезновение внутренних противоречий, которые разрывают человеческое общество."
Selections from the Prison Notebooks
-----
Название этой главы, Barbenheimer Zeitgeist — отсылка к синергическому эффекту двух фильмов, рассказывающих о спектре ужасов, с которыми сталкивается мир. Пластик и плутоний, патриархат и призрак ядерной войны, климатический кризис и социальная дискриминация по цвету кожи, полу, воспринимаемому социальному статусу — это всё то, что Тимоти Мортон называет «гиперобъектами» — явлениями, масштабы которых значительно превосходят человеческие представления о времени и пространстве.
“Гиперобъектом может быть чёрная дыра. Гиперобъектом может быть нефтяное месторождение Лаго-Агрио в Эквадоре или Эверглейдс во Флориде. Гиперобъектом может быть биосфера или Солнечная система. Гиперобъектом может быть совокупность всех ядерных материалов на Земле; или только плутоний, или уран. Гиперобъектом может быть очень долговечный продукт непосредственного человеческого производства, такой как пенополистирол или пластиковые пакеты, или совокупность всей шумящей машинерии капитализма. Таким образом, гиперобъекты являются «гипер» по отношению к какой-либо другой сущности, независимо от того, произведены ли они непосредственно людьми или нет.
Art: Walker Wright
(продолжение)
Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (12)
(предыдущее)
Гиперобъекты уже оказали значительное влияние на социальное и психическое пространство человека. Они являются непосредственной причиной того, что я называю «концом света», делая как отрицание климатических изменений, так и апокалиптический энвайронментализм устаревшими. Гиперобъекты уже ознаменовали начало новой фазы человеческого существования, характеризующейся лицемерием, слабостью и ущербностью [lameness]: Лицемерие является результатом условий, при которых метаязык становится невозможным (и, как я объясню далее, мы сейчас как никогда остро осознаем эти условия из-за экологической чрезвычайной ситуации); слабость — результатом разрыва между явлением и вещью, которую гиперобъект делает тревожно заметным; а ущербность — результатом того факта, что все сущности хрупки (как условие возможности их существования), и гиперобъекты делают эту хрупкость особенно заметной. Гиперобъекты также меняют человеческое искусство и опыт (эстетическое измерение).”
Угроза изменения климата отличается от ядерной войны масштабом страданий, к которым мы готовимся: Третья мировая война длилась бы всего несколько часов и унесла бы больше жизней, чем все войны в истории человечества вместе взятые. Изменение климата будет продолжать уносить столько же жизней, медленно, до самого конца человечества. Изменился лишь эпилог человечества, препятствие, которое мы не смогли преодолеть. Мы больше не убиваем друг друга коллективно, а убиваем себя коллективно в акте всеуничтожения. В отличие от полного ядерного уничтожения, вымирание из-за изменения климата сравнительно жестоко, дискриминационно, мучительно и в агонии. Мы не можем отделить проблему, которая всегда существует, о которой никто не хочет говорить и которую с каждым годом становится всё труднее игнорировать.
Климатическая тревога является активной, непосредственно присутствующей и актуальной, в то время как ядерная тревога пассивная, отдалённая и гипотетическая (А не ебанё(у)(а)т? Да не, не, не должно(ны)(ен)).
И снова Мортон:
"Остановите ленту эволюции в любом месте, и вы этого не увидите. Встаньте под дождевой тучей, и вы не почувствуете глобального потепления. Разрежьте свою куртку на тысячу кусков — вы не найдёте там капитала. Теперь попробуйте указать на бессознательное. Уловили? Гиперобъекты заставляют нас мыслить экологически, а не наоборот. Дело не в том, что какая-то абстрактная экологическая система заставила нас так думать; скорее, плутоний, глобальное потепление, загрязнение и так далее породили экологическое мышление. Думать иначе — значит путать карту с территорией. Безусловно, идея гиперобъектов возникла из-за квантово-теоретического мышления о ядрах атомов и электронных орбитах (ядерные бомбы), а также из-за системно-теоретических подходов к эмерджентным свойствам огромных массивов метеорологических данных и так далее.
Глобальное потепление не является функцией наших измерительных приборов. Тем не менее, поскольку оно распределено по всей биосфере и за её пределами, его очень трудно увидеть как единое целое. И всё же, оно обрушивается на нас дождём, огнём, сотрясает Землю, порождает гигантские ураганы. Глобальное потепление — это явление, от которого зависит множество составляющих: капли дождя, падающие мне на голову в Северной Калифорнии; цунами, проносящееся по улицам японских городов; учащение землетрясений, вызванное изменением давления на дне океана. Как и изображение Magic Eye (изображение, на которой нужно особым образом скосить глаза, чтобы увидеть скрытый несущий смысл паттерн) глобальное потепление реально, но для того, чтобы его увидеть, требуется масштабный, противоречащий интуиции сдвиг в перспективе.”
Hyperobjects: Philosophy and Ecology after the End of the World
Art: Mesocosm. Spring | Marina Zurkow
(продолжение)
(предыдущее)
Гиперобъекты уже оказали значительное влияние на социальное и психическое пространство человека. Они являются непосредственной причиной того, что я называю «концом света», делая как отрицание климатических изменений, так и апокалиптический энвайронментализм устаревшими. Гиперобъекты уже ознаменовали начало новой фазы человеческого существования, характеризующейся лицемерием, слабостью и ущербностью [lameness]: Лицемерие является результатом условий, при которых метаязык становится невозможным (и, как я объясню далее, мы сейчас как никогда остро осознаем эти условия из-за экологической чрезвычайной ситуации); слабость — результатом разрыва между явлением и вещью, которую гиперобъект делает тревожно заметным; а ущербность — результатом того факта, что все сущности хрупки (как условие возможности их существования), и гиперобъекты делают эту хрупкость особенно заметной. Гиперобъекты также меняют человеческое искусство и опыт (эстетическое измерение).”
Угроза изменения климата отличается от ядерной войны масштабом страданий, к которым мы готовимся: Третья мировая война длилась бы всего несколько часов и унесла бы больше жизней, чем все войны в истории человечества вместе взятые. Изменение климата будет продолжать уносить столько же жизней, медленно, до самого конца человечества. Изменился лишь эпилог человечества, препятствие, которое мы не смогли преодолеть. Мы больше не убиваем друг друга коллективно, а убиваем себя коллективно в акте всеуничтожения. В отличие от полного ядерного уничтожения, вымирание из-за изменения климата сравнительно жестоко, дискриминационно, мучительно и в агонии. Мы не можем отделить проблему, которая всегда существует, о которой никто не хочет говорить и которую с каждым годом становится всё труднее игнорировать.
Климатическая тревога является активной, непосредственно присутствующей и актуальной, в то время как ядерная тревога пассивная, отдалённая и гипотетическая (А не ебанё(у)(а)т? Да не, не, не должно(ны)(ен)).
И снова Мортон:
"Остановите ленту эволюции в любом месте, и вы этого не увидите. Встаньте под дождевой тучей, и вы не почувствуете глобального потепления. Разрежьте свою куртку на тысячу кусков — вы не найдёте там капитала. Теперь попробуйте указать на бессознательное. Уловили? Гиперобъекты заставляют нас мыслить экологически, а не наоборот. Дело не в том, что какая-то абстрактная экологическая система заставила нас так думать; скорее, плутоний, глобальное потепление, загрязнение и так далее породили экологическое мышление. Думать иначе — значит путать карту с территорией. Безусловно, идея гиперобъектов возникла из-за квантово-теоретического мышления о ядрах атомов и электронных орбитах (ядерные бомбы), а также из-за системно-теоретических подходов к эмерджентным свойствам огромных массивов метеорологических данных и так далее.
Глобальное потепление не является функцией наших измерительных приборов. Тем не менее, поскольку оно распределено по всей биосфере и за её пределами, его очень трудно увидеть как единое целое. И всё же, оно обрушивается на нас дождём, огнём, сотрясает Землю, порождает гигантские ураганы. Глобальное потепление — это явление, от которого зависит множество составляющих: капли дождя, падающие мне на голову в Северной Калифорнии; цунами, проносящееся по улицам японских городов; учащение землетрясений, вызванное изменением давления на дне океана. Как и изображение Magic Eye (изображение, на которой нужно особым образом скосить глаза, чтобы увидеть скрытый несущий смысл паттерн) глобальное потепление реально, но для того, чтобы его увидеть, требуется масштабный, противоречащий интуиции сдвиг в перспективе.”
Hyperobjects: Philosophy and Ecology after the End of the World
Art: Mesocosm. Spring | Marina Zurkow
(продолжение)
Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (13)
(предыдущее)
В статье Understanding Collective Discontents: A Psychological Approach to Measuring Zeitgeist, авторы предполагают, что суждения о конкретных социальных проблемах (например, безопасность, образование, иммиграция) руководствуются более глобальной аффективной оценкой состояния общества — абстрактными суждениями на коллективном уровне (т. е. ощущение того, что «мы» преуспеваем или, наоборот, всираем). И в значительной степени их определяет воспринимаемый социальный консенсус.
Есть хорошая кухонная мнемоника, правильное произношение zeitgeist — “цайтгайст”, но если не знать, то можно прочитать как “цайтгейст”, что созвучно привычному и всеохватному ёмкому слову “пиздец”. Дух нашего времени (а соответственно и наше как внутриличностное, так и межсубъективное) пронизан, артикулирован, трактуется, диктуется и формируется пиздецами всех мыслимых масштабов — от индивидуалистически-телесных, заставляющих поскуливать и поднывать, до масштабно-планетарных, само осознание которых грозит параличем воли и позорным бегством в защищённый уют манямирка.
Если вы помните эти “магические рисунки”, на которые надо было косить глаза, чтобы увидеть скрытый образ, то можете помнить, что у некоторых, которые печатались на обратной стороне школьных тетрадок, были две белые точки для “наведения резкости”. Нужно было поднести тетрадь почти к носу и неотрывно глядя на эти точки постепенно отодвигать тетрадь от лица, чтобы в какой-то момент проступило сокрытое. У двух коротких пьес Леся Подерв’янського есть схожий с Барбенхаймером синергический эффект, который работает похожим образом — следует держа в поле зрения два объекта делать zoom out (отъезд камеры назад) чтобы увидеть более широкую перспективу, но скошенным взглядом. В “Рух життя або Динамо” по сцене хаотично бегают шесть мудил и обеспечивают циркуляцию пиздюлей в этой небольшой системе. Заканчивается всё на высокой ноте:
“Шостий і другий мудили тікають. П’ятий мудило робить відчайдушні спроби піднятись, але раптом двері падають і припизжують його. На сцені з’являється сьомий мудило. На ньому наклеєний напис : “НІХТО В ЦЬОМУ НЕ ВИНУВАТИЙ!!!”.
В феерии “Данко” протагонист аки Моисей водит натовп (толпу) то туда, то сюда, пока окончательно не истощившись освещать путь сиянием внутренних органов, он не умирает, напророчив оставшимся пиздец:
Данко. Що, падлюки. Тепер довольні? (Натовп мовчить)
Данко. Тепер Вам піздєц! (помирає)
Голос з натовпу. Ніхуя нє піздєц! Ми тут в пустині сад зробимо!
Голоси. А вірно хлопці! А діло каже!
Голос. Ураааааа! Вперед, чмо японське!
Всі. Ураааааа!
Искать виновников ядерной войны будет, скорее всего, некому — выжившие в Третьей Мировой вскоре составят компанию динозаврам, а виновники и жертвы климатического апокалипсеца, то есть мы, пока Часы Судного Дня (Doomsday Clock) ещё не пробили полночь (осталось 85 секунд), ещё обладаем неизвестным промежутком времени, чтобы прийти к социальному консенсусу, как обустраивать в пустыне будущего сад посреди пиздеца.
Art: Alyse Markel
(продолжение следует)
(предыдущее)
В статье Understanding Collective Discontents: A Psychological Approach to Measuring Zeitgeist, авторы предполагают, что суждения о конкретных социальных проблемах (например, безопасность, образование, иммиграция) руководствуются более глобальной аффективной оценкой состояния общества — абстрактными суждениями на коллективном уровне (т. е. ощущение того, что «мы» преуспеваем или, наоборот, всираем). И в значительной степени их определяет воспринимаемый социальный консенсус.
Есть хорошая кухонная мнемоника, правильное произношение zeitgeist — “цайтгайст”, но если не знать, то можно прочитать как “цайтгейст”, что созвучно привычному и всеохватному ёмкому слову “пиздец”. Дух нашего времени (а соответственно и наше как внутриличностное, так и межсубъективное) пронизан, артикулирован, трактуется, диктуется и формируется пиздецами всех мыслимых масштабов — от индивидуалистически-телесных, заставляющих поскуливать и поднывать, до масштабно-планетарных, само осознание которых грозит параличем воли и позорным бегством в защищённый уют манямирка.
Если вы помните эти “магические рисунки”, на которые надо было косить глаза, чтобы увидеть скрытый образ, то можете помнить, что у некоторых, которые печатались на обратной стороне школьных тетрадок, были две белые точки для “наведения резкости”. Нужно было поднести тетрадь почти к носу и неотрывно глядя на эти точки постепенно отодвигать тетрадь от лица, чтобы в какой-то момент проступило сокрытое. У двух коротких пьес Леся Подерв’янського есть схожий с Барбенхаймером синергический эффект, который работает похожим образом — следует держа в поле зрения два объекта делать zoom out (отъезд камеры назад) чтобы увидеть более широкую перспективу, но скошенным взглядом. В “Рух життя або Динамо” по сцене хаотично бегают шесть мудил и обеспечивают циркуляцию пиздюлей в этой небольшой системе. Заканчивается всё на высокой ноте:
“Шостий і другий мудили тікають. П’ятий мудило робить відчайдушні спроби піднятись, але раптом двері падають і припизжують його. На сцені з’являється сьомий мудило. На ньому наклеєний напис : “НІХТО В ЦЬОМУ НЕ ВИНУВАТИЙ!!!”.
В феерии “Данко” протагонист аки Моисей водит натовп (толпу) то туда, то сюда, пока окончательно не истощившись освещать путь сиянием внутренних органов, он не умирает, напророчив оставшимся пиздец:
Данко. Що, падлюки. Тепер довольні? (Натовп мовчить)
Данко. Тепер Вам піздєц! (помирає)
Голос з натовпу. Ніхуя нє піздєц! Ми тут в пустині сад зробимо!
Голоси. А вірно хлопці! А діло каже!
Голос. Ураааааа! Вперед, чмо японське!
Всі. Ураааааа!
Искать виновников ядерной войны будет, скорее всего, некому — выжившие в Третьей Мировой вскоре составят компанию динозаврам, а виновники и жертвы климатического апокалипсеца, то есть мы, пока Часы Судного Дня (Doomsday Clock) ещё не пробили полночь (осталось 85 секунд), ещё обладаем неизвестным промежутком времени, чтобы прийти к социальному консенсусу, как обустраивать в пустыне будущего сад посреди пиздеца.
Art: Alyse Markel
(продолжение следует)
Сапоги на Западном фронте
«Сапоги на Западном фронте» — это антивоенный короткометражный фильм, демонстрирующий ужасы современной войны (на тот момент) и её влияние на человеческую психику, как это показано в фильме «На Западном фронте без перемен», получившем премию «Оскар» в 1930 году (3-я ежегодная церемония вручения премии «Оскар»). Фильм сопровождается чтением антивоенного стихотворения Редьярда Киплинга «Сапоги» 1903 года. Цель фильма — показать зрителю повседневную жизнь солдата и тот ужас, с которым сталкивается современный солдат на каждом этапе своей службы и жизни.
Само стихотворение «Boots» в оригинале и с переводом Маршака.
«Сапоги на Западном фронте» — это антивоенный короткометражный фильм, демонстрирующий ужасы современной войны (на тот момент) и её влияние на человеческую психику, как это показано в фильме «На Западном фронте без перемен», получившем премию «Оскар» в 1930 году (3-я ежегодная церемония вручения премии «Оскар»). Фильм сопровождается чтением антивоенного стихотворения Редьярда Киплинга «Сапоги» 1903 года. Цель фильма — показать зрителю повседневную жизнь солдата и тот ужас, с которым сталкивается современный солдат на каждом этапе своей службы и жизни.
Само стихотворение «Boots» в оригинале и с переводом Маршака.
Internet Archive
The Boots on the Western Front : Thomas Biamonte : Free Download, Borrow, and Streaming : Internet Archive
The Boots on the Western Front is an anti-war short film that showcases the horror of modern warfare and its toll on the human psyche as seen in the 1930 Best...
Стакан зажигалок
Сын хозяина
квартиры
в долгосрочном
заблаговременном отъезде —
взял хату,
встрял в ипотеку
надолго
недалеко от Чикаго.
Его тётка —
сестра хозяина,
что по причине
смерти последнего
приходит теперь
за квартплатой,
сказала,
что хвастовство
о полностью оплаченном
доме за полмиллиона —
это он навешал
папе.
Хозяину
квартиры уже
всё равно — он умер
чуть больше года назад.
Тогда же, осенью, пролежала три дня
свалившись с инсультом
соседка. Уехав на скорой
назад уже не вернулась.
На балконе на N-ный
год жизни в тумбочке
обнаружился целый стакан
зажигалок —
покойный
хозяин квартиры
курил.
Перепробовал все.
В них совсем
не осталось
газа.
#авторское
Сын хозяина
квартиры
в долгосрочном
заблаговременном отъезде —
взял хату,
встрял в ипотеку
надолго
недалеко от Чикаго.
Его тётка —
сестра хозяина,
что по причине
смерти последнего
приходит теперь
за квартплатой,
сказала,
что хвастовство
о полностью оплаченном
доме за полмиллиона —
это он навешал
папе.
Хозяину
квартиры уже
всё равно — он умер
чуть больше года назад.
Тогда же, осенью, пролежала три дня
свалившись с инсультом
соседка. Уехав на скорой
назад уже не вернулась.
На балконе на N-ный
год жизни в тумбочке
обнаружился целый стакан
зажигалок —
покойный
хозяин квартиры
курил.
Перепробовал все.
В них совсем
не осталось
газа.
#авторское
Мясо в один конец
"...«эсвэо», начатая путиным против Украины в 2022 году и рассчитанная на несколько дней до установления марионеточного режима в Киеве, теперь длится дольше, чем советская война против нацистской Германии и вся Первая мировая война. Его войска давно перестали добиваться значительных успехов на поле боя; некоторые данные даже указывают на то, что российские войска потеряли территорию в апреле и мае. Те успехи, которых добились россияне, были достигнуты ценой огромных потерь: в прошлом месяце Анна Кист-Батлер, директор британской разведывательной службы GCHQ, сослалась на новые разведывательные данные, указывающие на то, что число погибших в войне российских войск, вероятно, достигло почти полумиллиона; различные западные источники оценивают общие потери России значительно более чем в 1 миллион человек.
В относительном выражении потери от истощения ещё более ошеломляющие. По некоторым данным, Россия сейчас теряет восемь человек убитыми или тяжело ранеными на каждого погибшего украинца. При средних ежемесячных потерях более 30 000 человек в этом году российская армия с трудом восполняет их новыми новобранцами. Предлагаются бонусы за зачисление в размере до 80 000 долларов и списание долгов на сумму до 140 000 долларов, чтобы побудить больше мужчин к призыву.
Тем, кто всё же записывается, особо не на что рассчитывать. По данным российских военблогеров, средняя продолжительность жизни новобранца — от прибытия на полигон до смерти в зоне боевых действий — составляет от 10 дней до трёх недель. После отправки на поле боя российские бойцы выживают в среднем от 20 до 35 минут. Во многом это объясняется чрезвычайными изменениями в боевых технологиях и тактике — в частности, тем, как беспилотники стали основными средствами поражения в этой войне, что имеет серьёзные последствия для будущего боевых действий в других частях мира."
Земля стекловатой оккупантам
"...«эсвэо», начатая путиным против Украины в 2022 году и рассчитанная на несколько дней до установления марионеточного режима в Киеве, теперь длится дольше, чем советская война против нацистской Германии и вся Первая мировая война. Его войска давно перестали добиваться значительных успехов на поле боя; некоторые данные даже указывают на то, что российские войска потеряли территорию в апреле и мае. Те успехи, которых добились россияне, были достигнуты ценой огромных потерь: в прошлом месяце Анна Кист-Батлер, директор британской разведывательной службы GCHQ, сослалась на новые разведывательные данные, указывающие на то, что число погибших в войне российских войск, вероятно, достигло почти полумиллиона; различные западные источники оценивают общие потери России значительно более чем в 1 миллион человек.
В относительном выражении потери от истощения ещё более ошеломляющие. По некоторым данным, Россия сейчас теряет восемь человек убитыми или тяжело ранеными на каждого погибшего украинца. При средних ежемесячных потерях более 30 000 человек в этом году российская армия с трудом восполняет их новыми новобранцами. Предлагаются бонусы за зачисление в размере до 80 000 долларов и списание долгов на сумму до 140 000 долларов, чтобы побудить больше мужчин к призыву.
Тем, кто всё же записывается, особо не на что рассчитывать. По данным российских военблогеров, средняя продолжительность жизни новобранца — от прибытия на полигон до смерти в зоне боевых действий — составляет от 10 дней до трёх недель. После отправки на поле боя российские бойцы выживают в среднем от 20 до 35 минут. Во многом это объясняется чрезвычайными изменениями в боевых технологиях и тактике — в частности, тем, как беспилотники стали основными средствами поражения в этой войне, что имеет серьёзные последствия для будущего боевых действий в других частях мира."
Земля стекловатой оккупантам
archive.is
As the Tide Turns Against Putin, Beware the Drowning Man – Foreign Po…
archived 27 Jun 2026 21:24:15 UTC
Понедельничный прошлонедельник
(15/06 — 28/06)
1. Симона де Бовуар о суб-человеке
2. Неизбранная ностальгия порождает чудовищ (Гандини)
3. Миф авторитарной эффективности (Мёллер, Скааниг) (1), (2), (3), (4), (5), (6)
4. Disney Adult
5. Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (11), (12), (13)
6. Стакан зажигалок (авторское)
7. Мясо в один конец (хуйло тонет) (Франкопан)
-----
𓂀
• Bloodhound Gang - Fire water burn
• DOOM II - Original Soundtrack (By Bobby Prince) R.I.P.
• Gojira - Vacuity
• Tabernis - Alveus Umbrae (Mit Dans Is All Die Werlt Genesen - Corvus Corax)
• Сапоги на Западном фронте
-----
Сбор
Для 35 ОБрМП, 3017 НГУ, 633 ОЗКБ
5 аптечек для 81 ОАМБр уже заказаны.
Осталось 33 168 грн.
-----
✧ Монобанка волонтёра ✧
Карта:
4874 1000 3827 0347
-----
Art: Shicksal (Судьба) | Hugo Lederer (1896)
#monday
(15/06 — 28/06)
1. Симона де Бовуар о суб-человеке
2. Неизбранная ностальгия порождает чудовищ (Гандини)
3. Миф авторитарной эффективности (Мёллер, Скааниг) (1), (2), (3), (4), (5), (6)
4. Disney Adult
5. Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (11), (12), (13)
6. Стакан зажигалок (авторское)
7. Мясо в один конец (хуйло тонет) (Франкопан)
-----
𓂀
• Bloodhound Gang - Fire water burn
• DOOM II - Original Soundtrack (By Bobby Prince) R.I.P.
• Gojira - Vacuity
• Tabernis - Alveus Umbrae (Mit Dans Is All Die Werlt Genesen - Corvus Corax)
• Сапоги на Западном фронте
-----
Сбор
Для 35 ОБрМП, 3017 НГУ, 633 ОЗКБ
5 аптечек для 81 ОАМБр уже заказаны.
Осталось 33 168 грн.
-----
✧ Монобанка волонтёра ✧
Карта:
4874 1000 3827 0347
-----
Art: Shicksal (Судьба) | Hugo Lederer (1896)
#monday
Чем техноолигархия страшнее фашизма
В своём сабстаке "Towers of Europa", Антон Шеховцов, политолог занимающийся изучением ультраправых движений пишет, что логика техноолигархии указывает на социально-политическую конфигурацию, которую даже фашизм, по своей сути, не мог и, возможно, не может достичь.
"1. Фашизм прославляет коллектив; техноолигархия его упраздняет.
Фашизм ставит коллектив — определяемый как органически зачатая нация или раса — в центр своей политической доктрины. Выживание и здоровье этого исключительного коллектива становится конечной целью политики, оправдывая крайнее насилие против всех, кто считается ему угрозой, будь то самим своим существованием или своими социальными практиками.
Принцип сортировки техноолигархии носит чисто функциональный и экономический характер. Он радикально индивидуалистичен и отвергает социальную ответственность как таковую, рассматривая общественные интересы как препятствие, а не как обязанность. Частные цели техноолигархов и импульс технологического развития преследуются независимо от человеческих жертв.
-----
2. Враги фашизма онтологичны; враг техноолигархии — сам надзор.
Фашизм требует наличия висцеральных (внутренних), постоянных врагов, определяемых тем, чем они являются по своей сути: нацией или расой, классом, сексуальной идентичностью, состоянием здоровья и т. д. Их преследование не случайно, а является конститутивным; устранение целых категорий людей неотделимо от коллективистского проекта фашизма.
Врагом техноолигархии является сама идея о том, что политические коллективы имеют право контролировать и ограничивать технологическое развитие. Каждая конкретная цель является воплощением этой более глубокой угрозы – самого принципа подотчётности. Но её конкретные враги функциональны и ситуативны – это те, кто в данный момент представляет собой препятствие для захвата власти техноолигархами. Никто не является постоянной целью, но и никто не находится в постоянной безопасности.
-----
3. Фашизм управляет государством; техноолигархия его опустошает / выхолащивает [hollows out].
Фашизм выступает за сильное, централизованное, тоталитарное государство – часто сосредоточенное в руках одного лидера или партии. Государство является высшей властью; индивидуальные свободы подчинены его целям. Права не являются универсальными, а предоставляются условно привилегированной группе, определяемой этнокультурным происхождением или политической лояльностью.
Техноолигархия захватывает государство и разрушает его, лишая его перераспределительных и защитных функций, сохраняя при этом его способность к принудительному исполнению. Остаётся лишь оболочка, которая принуждает безразлично. Права и свободы больше не основаны на гражданстве, yj на экономической и функциональной ценности – модель подписки на защиту, которая отменяется в тот момент, когда человек перестаёт быть полезным.
-----
4. Фашизм коллективизирует будущее; техноолигархия его приватизирует.
Фашизм предлагает своей привилегированной группе ориентированный на будущее проект, в котором все могут участвовать посредством коллективных ритуалов принадлежности. Его обещание символического бессмертия – выживания расы, нации, движения – доступно каждому члену этой группы. Будущее общее, даже если оно пропитано кровью.
Техноолигархия также принимает будущее, но оставляет его для горстки. Для всех остальных настоящее бесконечно растянуто: бесконечный, персонализированный, алгоритмически генерируемый поток, в котором прошлое, настоящее и будущее неразличимы. Между тем, проекты бессмертия техноолигархии – цифровое сознание, биологическое улучшение, продление жизни – являются частными приобретениями, доступными только тем, кто может позволить себе полностью избежать человеческого существования.
-----
5. Фашизм подвергает цензуре информацию; техноолигархия вводит эпистемический контроль.
Фашизм систематически «сжигает книги»: подвергает цензуре идеи, искусство и СМИ, которые считаются угрозой его идеологическому или национальному проекту. Такая цензура навязывает конформизм, подавляет инакомыслие и укрепляет власть в рамках тоталитарного государства.
Информационный контроль техноолигархии основан на алгоритмической манипуляции, которая эпистемически недоступна: обычные люди не знают, что подавляется, понижается в статусе или усиливается, и по какой логике. Нет идентифицируемой границы, которую нужно пересечь, нет правила, которое нужно нарушить – есть только вероятностная, постоянно меняющаяся, запатентованная система, оптимизирующаяся для достижения скрытых целей, что является качественно более глубокой формой эпистемической власти, чем цензура.
-----
6. Фашизм следит за гражданами; техноолигархия превращает их в данные.
Фашизм осуществляет слежку для обеспечения политической лояльности и идеологической чистоты – национальной, расовой, социальной, культурной. Такая слежка является отличительной чертой тоталитарного контроля, направленного на устранение оппозиции и формирование общества в соответствии с исключающим видением.
Техноолигархия осуществляет слежку для извлечения поведенческих данных, которые служат сырьём для её экономической и политической власти. Её целью являются не политические субъекты, а источники данных, которые можно добывать. Человеческий опыт – внимание, желания, движения, отношения – становится товаром [commodity], который нужно предсказывать, монетизировать и контролировать. Если фашистская слежка стремилась подавить инакомыслие, то техноолигархическая слежка стремится его предотвратить, что является более глубокой формой социального контроля.
-----
7. Фашизм требует преданности; техноолигархия требует вовлечённости.
Фашизм создаёт культуру, воплощающую его модернистский политический проект, сочетая революционные устремления с мифическим видением национального возрождения. Эта культура глубоко эстетизирована, превращая политику в форму политической религии посредством зрелищ, ритуалов и символизма.
Техноолигархия не видит необходимости в создании культуры. Гуманитарные науки, искусство, историческое сознание рассматриваются как неэффективные препятствия для ясного мышления. На их место: научно-фантастические лозунги, косплей Древнего Рима, фантастические образы — набор заимствованной эстетики, служащий отсутствию какого-либо видения. Культура растворяется в контенте, оптимизированном для показателей вовлеченности, ценимом не за то, что он означает, а за то, как долго он удерживает внимание.
-----
8. Фашизм создаёт «нового человека»; техноолигархия делает человечество устаревшим [obsolete].
Фашизм действует в рамках узнаваемых человеческих параметров. Его видение «нового человека» — очищенного, дисциплинированного, ориентированного на коллективизм — остаётся биологически и исторически человеческим. Цель фашизма антропоцентрична, даже если его методы — геноцид, евгеника, тоталитарный контроль — бесчеловечно кровопролитны.
Техноолигархия стремится вытеснить человеческий вид — посредством ИИ, который делает человеческий интеллект устаревшим, посредством биологического улучшения, доступного только техноолигархической элите, посредством интерфейсов «мозг-компьютер», посредством технологической сингулярности как горизонта. Техноолигархия — первое политическое образование в истории, чья неявная конечная цель — устаревание самого человечества."
— Anton Shekhovtsov
"Worse than Fascism. Eight Points on Techno-Oligarchy"
Art: Shintaro Kago
#global #politics #ai
В своём сабстаке "Towers of Europa", Антон Шеховцов, политолог занимающийся изучением ультраправых движений пишет, что логика техноолигархии указывает на социально-политическую конфигурацию, которую даже фашизм, по своей сути, не мог и, возможно, не может достичь.
"1. Фашизм прославляет коллектив; техноолигархия его упраздняет.
Фашизм ставит коллектив — определяемый как органически зачатая нация или раса — в центр своей политической доктрины. Выживание и здоровье этого исключительного коллектива становится конечной целью политики, оправдывая крайнее насилие против всех, кто считается ему угрозой, будь то самим своим существованием или своими социальными практиками.
Принцип сортировки техноолигархии носит чисто функциональный и экономический характер. Он радикально индивидуалистичен и отвергает социальную ответственность как таковую, рассматривая общественные интересы как препятствие, а не как обязанность. Частные цели техноолигархов и импульс технологического развития преследуются независимо от человеческих жертв.
-----
2. Враги фашизма онтологичны; враг техноолигархии — сам надзор.
Фашизм требует наличия висцеральных (внутренних), постоянных врагов, определяемых тем, чем они являются по своей сути: нацией или расой, классом, сексуальной идентичностью, состоянием здоровья и т. д. Их преследование не случайно, а является конститутивным; устранение целых категорий людей неотделимо от коллективистского проекта фашизма.
Врагом техноолигархии является сама идея о том, что политические коллективы имеют право контролировать и ограничивать технологическое развитие. Каждая конкретная цель является воплощением этой более глубокой угрозы – самого принципа подотчётности. Но её конкретные враги функциональны и ситуативны – это те, кто в данный момент представляет собой препятствие для захвата власти техноолигархами. Никто не является постоянной целью, но и никто не находится в постоянной безопасности.
-----
3. Фашизм управляет государством; техноолигархия его опустошает / выхолащивает [hollows out].
Фашизм выступает за сильное, централизованное, тоталитарное государство – часто сосредоточенное в руках одного лидера или партии. Государство является высшей властью; индивидуальные свободы подчинены его целям. Права не являются универсальными, а предоставляются условно привилегированной группе, определяемой этнокультурным происхождением или политической лояльностью.
Техноолигархия захватывает государство и разрушает его, лишая его перераспределительных и защитных функций, сохраняя при этом его способность к принудительному исполнению. Остаётся лишь оболочка, которая принуждает безразлично. Права и свободы больше не основаны на гражданстве, yj на экономической и функциональной ценности – модель подписки на защиту, которая отменяется в тот момент, когда человек перестаёт быть полезным.
-----
4. Фашизм коллективизирует будущее; техноолигархия его приватизирует.
Фашизм предлагает своей привилегированной группе ориентированный на будущее проект, в котором все могут участвовать посредством коллективных ритуалов принадлежности. Его обещание символического бессмертия – выживания расы, нации, движения – доступно каждому члену этой группы. Будущее общее, даже если оно пропитано кровью.
Техноолигархия также принимает будущее, но оставляет его для горстки. Для всех остальных настоящее бесконечно растянуто: бесконечный, персонализированный, алгоритмически генерируемый поток, в котором прошлое, настоящее и будущее неразличимы. Между тем, проекты бессмертия техноолигархии – цифровое сознание, биологическое улучшение, продление жизни – являются частными приобретениями, доступными только тем, кто может позволить себе полностью избежать человеческого существования.
-----
5. Фашизм подвергает цензуре информацию; техноолигархия вводит эпистемический контроль.
Фашизм систематически «сжигает книги»: подвергает цензуре идеи, искусство и СМИ, которые считаются угрозой его идеологическому или национальному проекту. Такая цензура навязывает конформизм, подавляет инакомыслие и укрепляет власть в рамках тоталитарного государства.
Информационный контроль техноолигархии основан на алгоритмической манипуляции, которая эпистемически недоступна: обычные люди не знают, что подавляется, понижается в статусе или усиливается, и по какой логике. Нет идентифицируемой границы, которую нужно пересечь, нет правила, которое нужно нарушить – есть только вероятностная, постоянно меняющаяся, запатентованная система, оптимизирующаяся для достижения скрытых целей, что является качественно более глубокой формой эпистемической власти, чем цензура.
-----
6. Фашизм следит за гражданами; техноолигархия превращает их в данные.
Фашизм осуществляет слежку для обеспечения политической лояльности и идеологической чистоты – национальной, расовой, социальной, культурной. Такая слежка является отличительной чертой тоталитарного контроля, направленного на устранение оппозиции и формирование общества в соответствии с исключающим видением.
Техноолигархия осуществляет слежку для извлечения поведенческих данных, которые служат сырьём для её экономической и политической власти. Её целью являются не политические субъекты, а источники данных, которые можно добывать. Человеческий опыт – внимание, желания, движения, отношения – становится товаром [commodity], который нужно предсказывать, монетизировать и контролировать. Если фашистская слежка стремилась подавить инакомыслие, то техноолигархическая слежка стремится его предотвратить, что является более глубокой формой социального контроля.
-----
7. Фашизм требует преданности; техноолигархия требует вовлечённости.
Фашизм создаёт культуру, воплощающую его модернистский политический проект, сочетая революционные устремления с мифическим видением национального возрождения. Эта культура глубоко эстетизирована, превращая политику в форму политической религии посредством зрелищ, ритуалов и символизма.
Техноолигархия не видит необходимости в создании культуры. Гуманитарные науки, искусство, историческое сознание рассматриваются как неэффективные препятствия для ясного мышления. На их место: научно-фантастические лозунги, косплей Древнего Рима, фантастические образы — набор заимствованной эстетики, служащий отсутствию какого-либо видения. Культура растворяется в контенте, оптимизированном для показателей вовлеченности, ценимом не за то, что он означает, а за то, как долго он удерживает внимание.
-----
8. Фашизм создаёт «нового человека»; техноолигархия делает человечество устаревшим [obsolete].
Фашизм действует в рамках узнаваемых человеческих параметров. Его видение «нового человека» — очищенного, дисциплинированного, ориентированного на коллективизм — остаётся биологически и исторически человеческим. Цель фашизма антропоцентрична, даже если его методы — геноцид, евгеника, тоталитарный контроль — бесчеловечно кровопролитны.
Техноолигархия стремится вытеснить человеческий вид — посредством ИИ, который делает человеческий интеллект устаревшим, посредством биологического улучшения, доступного только техноолигархической элите, посредством интерфейсов «мозг-компьютер», посредством технологической сингулярности как горизонта. Техноолигархия — первое политическое образование в истории, чья неявная конечная цель — устаревание самого человечества."
— Anton Shekhovtsov
"Worse than Fascism. Eight Points on Techno-Oligarchy"
Art: Shintaro Kago
#global #politics #ai
No trolley problem
Нет и в помине
вагонетки.
Некого толкать на
железнодорожные
пути.
И некого спасать —
мы все здесь,
так или иначе,
обречены.
Дилемм и парадоксов груза
больше нет.
Локомотива слышен
гул протяжный —
ляг поперёк рельс,
шее неудобно,
вдох-выдох,
вот уже
так близко.
Отпусти.
#авторское
Нет и в помине
вагонетки.
Некого толкать на
железнодорожные
пути.
И некого спасать —
мы все здесь,
так или иначе,
обречены.
Дилемм и парадоксов груза
больше нет.
Локомотива слышен
гул протяжный —
ляг поперёк рельс,
шее неудобно,
вдох-выдох,
вот уже
так близко.
Отпусти.
#авторское
The Lovecraft Sextet - Sanctum
YouTube
The Lovecraft Sextet - Sanctum
Taken from the album "Miserere", out on October 7th 2022.
Order from our :
- EU shop : https://bit.ly/thelovecraftsextetEU
- US shop : https://bit.ly/thelovecraftsextetUS
- Bandcamp : https://bit.ly/TLSmiserere
Follow THE LOVECRAFT SEXTET
- Bandcamp : …
Order from our :
- EU shop : https://bit.ly/thelovecraftsextetEU
- US shop : https://bit.ly/thelovecraftsextetUS
- Bandcamp : https://bit.ly/TLSmiserere
Follow THE LOVECRAFT SEXTET
- Bandcamp : …
Pulvis est
Спасёт ли две стены от КАБа —
вопрос не праздный,
когда по мегаполису
по улице
ходить опасно,
когда вражина наступает
в исступлении,
бросает
на убой
тысячами
скот двуногий
без свободы,
разума,
и мнения.
Такие времена
врагам желать обычно,
эпоха перемен,
кризис,
сдвиг
геополитический,
вооружений гонка,
стрессовых расстройств
с лихвой
посттравматических,
и дискурс юморком
искрит
висельным,
апокалиптическим.
Пусть за проезд
Харону мелочь
им
(врагам нашим)
передаёт
родня
кладя
два медяка
на веки,
камлает,
голосит
о жизни
загробной, вечной.
Вернутся в прах
из праха слепленные
големы
слепой
репродуктивной
воли —
человеки.
Art: Charon | Gustave Dore
#авторское
Спасёт ли две стены от КАБа —
вопрос не праздный,
когда по мегаполису
по улице
ходить опасно,
когда вражина наступает
в исступлении,
бросает
на убой
тысячами
скот двуногий
без свободы,
разума,
и мнения.
Такие времена
врагам желать обычно,
эпоха перемен,
кризис,
сдвиг
геополитический,
вооружений гонка,
стрессовых расстройств
с лихвой
посттравматических,
и дискурс юморком
искрит
висельным,
апокалиптическим.
Пусть за проезд
Харону мелочь
им
(врагам нашим)
передаёт
родня
кладя
два медяка
на веки,
камлает,
голосит
о жизни
загробной, вечной.
Вернутся в прах
из праха слепленные
големы
слепой
репродуктивной
воли —
человеки.
Art: Charon | Gustave Dore
#авторское
Пожизненный плен эволюции
Сколько раз мы орали под гитару
про войну как лекарство от морщин.
Сколько полегло на полях брани
столько в жизни не успевших мужчин.
Скольких война заживо сломала,
искалечила до гробовой доски,
скольких эта сука после доконала —
на столе стакан, прострелены виски.
Не всех жертв войны живые вспомнят,
скольких не найдут, чтобы предать земле.
Во чьё имя, честь и славу эти гекатомбы?
Сколько жизней обнулилось на нуле?
Селективное давление отбора,
так устроила Природа — наша Мать.
Всю свою историю мы учимся
сообща друг-друга убивать.
Art: Untitled (War Fury with Torch) | Alfred Kubin (1914)
#авторское
Сколько раз мы орали под гитару
про войну как лекарство от морщин.
Сколько полегло на полях брани
столько в жизни не успевших мужчин.
Скольких война заживо сломала,
искалечила до гробовой доски,
скольких эта сука после доконала —
на столе стакан, прострелены виски.
Не всех жертв войны живые вспомнят,
скольких не найдут, чтобы предать земле.
Во чьё имя, честь и славу эти гекатомбы?
Сколько жизней обнулилось на нуле?
Селективное давление отбора,
так устроила Природа — наша Мать.
Всю свою историю мы учимся
сообща друг-друга убивать.
Art: Untitled (War Fury with Torch) | Alfred Kubin (1914)
#авторское
Конец империй
"Во-первых, империи, как правило, представляют собой проекты, которые развиваются и укрепляются благодаря альянсам региональных и трансрегиональных элит. Если связи между элитами сохраняются в значительной степени даже в иных политических условиях, они гарантируют определенную степень преемственности в рамках меняющейся парадигмы, запуская процессы трансформации.
Во-вторых, империи глубоко укоренены в определённых мировоззрениях, которые формируются в диалоге между имперскими центрами, с одной стороны, и имперскими и местными элитами, с другой. Такое мировоззрение должно быть убедительным и успешно демонстрировать свою способность объяснять исторические порядки, процессы и изменения. Это имеет особое значение, поскольку власть любой империи ограничена, хотя она и стремится доказать обратное.
Контрнарратив и идеологическое сопротивление являются значимыми средствами для оспаривания могущества любой империи. Как идеология, любое имперское мировоззрение обладает легитимизирующей силой; как религия — оно передает и опосредует смысл; как «мягкая сила» — оно вызывает признание. Это не жёсткая концепция, а в определенных рамках гибкая и динамичная, адаптируемая и приспособляемая. В абсолютном смысле падение и конец любой конкретной империи наступают только в том случае, если это мировоззрение полностью исчезает или угасает. Как показывают многие случаи, понятие «трансформации» гораздо точнее описывает исторические изменения, чем традиционная идея падения и конца.
В-третьих, необходимость убеждать имеет не только внутреннее, но и внешнее измерение. Она направлена не только на местные и трансрегиональные имперские элиты, но и на внешний мир, состоящий из вассалов, последователей, сочувствующих и врагов. Это напрямую связано со способностью и стремлением любой империи вмешиваться за пределы зон прямого контроля. Хотя такое вмешательство требует военной основы, оно отнюдь не ограничивается проведением военных кампаний и ведением войны. Поскольку империи порождают не только угрозу и страх, но и восхищение и притяжение, именно «мягкая сила» проповедуемого мировоззрения определяет успех империи за пределами зоны её непосредственного контроля. Это приобретает особую важность, когда в истории сталкиваются соперничающие империи, которые противостоят друг другу не только на поле боя. Мировоззрение любой империи имеет не только религиозное измерение, опирающееся на силы божественного повеления и небесного провидения, но и стремится использовать эту идеологию, с одной стороны, для угроз, а с другой — для убеждения в преимуществах сотрудничества. Если разрыв между идеологическими утверждениями и исторической «реальностью» становится слишком большим, империя теряет свою миссию, и сфера её имперского влияния начинает сокращаться, что ведёт к серьёзным имперским кризисам. Без убедительной «мягкой силы» империи едва ли смогут преодолеть вызовы, с которыми им приходится сталкиваться в разные периоды.
В-четвёртых, успех и сила убеждения неразрывно связаны с эффективностью руководства. Это касается имперских и местных элит в целом, но в особенности — представительного центра, то есть монарха, президента, канцлера или императора. Поведение правителя является стабилизирующим фактором чрезвычайной важности. Оно напрямую связано с соответствующим мировоззрением и его способностью убеждать или разочаровывать. Если на данном этапе поведение правителя находится в значительном несоответствии с «мягкой силой» империи, то центробежная динамика набирает обороты, что снижает способность империи успешно противостоять любым внешним и внутренним угрозам."
The End of Empires (free pdf)
#history #книги
"Во-первых, империи, как правило, представляют собой проекты, которые развиваются и укрепляются благодаря альянсам региональных и трансрегиональных элит. Если связи между элитами сохраняются в значительной степени даже в иных политических условиях, они гарантируют определенную степень преемственности в рамках меняющейся парадигмы, запуская процессы трансформации.
Во-вторых, империи глубоко укоренены в определённых мировоззрениях, которые формируются в диалоге между имперскими центрами, с одной стороны, и имперскими и местными элитами, с другой. Такое мировоззрение должно быть убедительным и успешно демонстрировать свою способность объяснять исторические порядки, процессы и изменения. Это имеет особое значение, поскольку власть любой империи ограничена, хотя она и стремится доказать обратное.
Контрнарратив и идеологическое сопротивление являются значимыми средствами для оспаривания могущества любой империи. Как идеология, любое имперское мировоззрение обладает легитимизирующей силой; как религия — оно передает и опосредует смысл; как «мягкая сила» — оно вызывает признание. Это не жёсткая концепция, а в определенных рамках гибкая и динамичная, адаптируемая и приспособляемая. В абсолютном смысле падение и конец любой конкретной империи наступают только в том случае, если это мировоззрение полностью исчезает или угасает. Как показывают многие случаи, понятие «трансформации» гораздо точнее описывает исторические изменения, чем традиционная идея падения и конца.
В-третьих, необходимость убеждать имеет не только внутреннее, но и внешнее измерение. Она направлена не только на местные и трансрегиональные имперские элиты, но и на внешний мир, состоящий из вассалов, последователей, сочувствующих и врагов. Это напрямую связано со способностью и стремлением любой империи вмешиваться за пределы зон прямого контроля. Хотя такое вмешательство требует военной основы, оно отнюдь не ограничивается проведением военных кампаний и ведением войны. Поскольку империи порождают не только угрозу и страх, но и восхищение и притяжение, именно «мягкая сила» проповедуемого мировоззрения определяет успех империи за пределами зоны её непосредственного контроля. Это приобретает особую важность, когда в истории сталкиваются соперничающие империи, которые противостоят друг другу не только на поле боя. Мировоззрение любой империи имеет не только религиозное измерение, опирающееся на силы божественного повеления и небесного провидения, но и стремится использовать эту идеологию, с одной стороны, для угроз, а с другой — для убеждения в преимуществах сотрудничества. Если разрыв между идеологическими утверждениями и исторической «реальностью» становится слишком большим, империя теряет свою миссию, и сфера её имперского влияния начинает сокращаться, что ведёт к серьёзным имперским кризисам. Без убедительной «мягкой силы» империи едва ли смогут преодолеть вызовы, с которыми им приходится сталкиваться в разные периоды.
В-четвёртых, успех и сила убеждения неразрывно связаны с эффективностью руководства. Это касается имперских и местных элит в целом, но в особенности — представительного центра, то есть монарха, президента, канцлера или императора. Поведение правителя является стабилизирующим фактором чрезвычайной важности. Оно напрямую связано с соответствующим мировоззрением и его способностью убеждать или разочаровывать. Если на данном этапе поведение правителя находится в значительном несоответствии с «мягкой силой» империи, то центробежная динамика набирает обороты, что снижает способность империи успешно противостоять любым внешним и внутренним угрозам."
The End of Empires (free pdf)
#history #книги
