Бить короля тузом

[...]

"Но «люд усталый» не отдыхал до утра. Как во всём поезде при свечах так и здесь при свете маленькой керосиновой лампы, висевшей на стенке продолжали играть в «чапари». Швейк всякий раз, когда кто-нибудь проигрывал при раздаче козырей, возвещал, что это самая справедливая игра так как каждый может выменять себе столько карт, сколько захочет.
— Когда играешь в «прикупного», — утверждал Швейк, — можешь брать только туза или семёрку, но потом тебе остаётся только пасовать. Остальные карты брать нельзя. Если же берёшь, то на свой риск.
— Сыграем в «здоровьице», — предложил Ванек под общий одобрительный гул.
— Семёрка червей! — провозгласил Швейк, снимая карту. — С каждого по десяти геллеров, сдаётся по четыре карты. Ставьте, постараемся выиграть.
На лицах всех присутствовавших выражалось такое довольство, точно не было никакой войны, не было поезда, который вёз солдат на передовые позиции, на кровавые битвы и резню, а сидят они в одном из пражских кафе за игорными столиками.
— Когда я начал играть, не имея на руках ничего, и переменил все четыре карты, я не думал, что получу туза, — сказал Швейк после одной партии. — Куда вы прёте с королём? Бью короля тузом!
В то время как здесь короля били тузом, далеко на фронте короли били друг друга своими подданными."


— Ярослав Гашек
"Похождения бравого солдата Швейка во время Мировой войны"

#книги

Понедельничный прошлонедельник
(01/06 — 14/06)

1. К грядущим поколениям (An die Nachgeborenen) (Брехт) (1939)

2. Дом, которого больше нет (авторское)

3. Лазарь, лепра, лазарет (1), (2)

4. Переживая смерть (Сяобо)

5. Открытка дорогому другу (авторское)

6. Бонхёффер о качестве

7. Обзор "The Doomsday Machine" Дэниела Эллсберга (Койн) (1), (2), (3)

8. О человеческой ответственности за язык (Стайнер) (1), (2)

9. Цайтгайст (авторское)
-----

𓂀
• Премьерка Дании Метте Фредериксен об ИИ
• God is an astronaut - From dust to the beyond
• Nine Inch Nails - Where Is Everybody?
• Suicide Commando - One Nation Under God
• вагоновожатые - восстание ватников
• Gorilla overthinking
• Avatar - Hail the Apocalypse
• Машина Судного дня: Откровения разработчика плана ядерной войны
• Обыкновенное безумие
-----

Снова сбор, снова на медицину.

Для ребят из 35 ОБрМП, 81 ОАМБр, 3017 НГУ, 633 ОЗКБ

Осталось 41 518 грн.

Если можете — примите, пожалуйста, посильное участие.

Благодарю.

-----
✧ Монобанка волонтёра ✧

Карта:
4874 1000 3827 0347
-----

Женщина на картине — Анна Кристина Олсон. Она страдала дегенеративным заболеванием мышц, возможно, полиомиелитом или болезнью Шарко-Мари-Тута, из-за чего она не могла ходить. Анна категорически отказывалась пользоваться инвалидной коляской, поэтому повсюду передвигалась на четвереньках. Уайет был вдохновлен на создание этой картины, когда увидел, как она ползет по полю, наблюдая за ней из окна дома. Олсон послужила источником вдохновения и стала героиней картины, однако она не была основной моделью; в качестве модели для торса на картине выступила жена Уайета, Бетси.

Art: Christina's World | Andrew Wyeth

#monday

Симона де Бовуар о суб-человеке

"Если бы мы попытались установить некую иерархию среди людей, то тех, кто лишен этого живого тепла — то “равнодушие” [tepidity], о котором говорит Евангелие, — мы поместили бы на самую нижнюю ступеньку лестницы. Существовать — значит превратить себя в нехватку бытия [lack of being]; это значит бросить себя (как тень, [cast oneself into]) в мир. Тех, кто занимается сдерживанием этого изначального движения, можно считать “суб-людьми” [sub-men]. У них есть глаза и уши, но с самого детства они делают себя слепыми и глухими, лишёнными любви и желания. Эта апатия свидетельствует о фундаментальном страхе перед существованием, перед рисками и напряжениями, которые оно влечёт за собой. “Суб-человек” отвергает эту “страсть”, которая является его человеческим состоянием, — разрыв и провал того стремления к бытию, которое всегда не достигает своей цели, но которое тем самым и является тем самым существованием, которое он отвергает.

Такой выбор сразу же ограничивает себя, подобно тому как плохой художник одним движением пишет плохие картины и довольствуется ими, тогда как в ценном произведении художник сразу осознает потребность в более высоком уровне, точно так же первоначальная бедность его замысла освобождает человека от стремления его оправдать. Он обнаруживает вокруг себя лишь незначительный и скучный мир. Как этот обнаженный мир может пробудить в нем желание чувствовать, понимать, жить? Чем меньше он существует, тем меньше причин для его существования, поскольку эти причины создаются только самим существованием.

И всё же он существует. Самим фактом своего превосходства он указывает на определенные цели, ограничивает определённые ценности. Но он тут же стирает эти неопределенные тени. Всё его поведение направлено на устранение их целей. Непоследовательностью своих планов, своими случайными прихотями или своим безразличием он сводит к нулю смысл своего превосходства. Его действия никогда не являются позитивным выбором, лишь побегом. Он не может удержаться от своего присутствия в мире, но поддерживает это присутствие на основе чистой фактичности. Однако, если бы человеку было позволено быть грубой реальностью, он слился бы с деревьями и камешками, которые не осознают своего существования; мы бы с безразличием относились к этим непрозрачным Евам. Но суб-человек вызывает презрение, то есть мы признаём его ответственным за себя в тот момент, когда обвиняем его в нежелании этого делать. Дело в том, что ни один человек не является пассивно выстрадываемой данностью: отказ от существования — это ещё один способ существования; никто не может познать покой могилы, пока жив. В этом и заключается поражение cуб-человека. Он хотел бы забыть себя, быть в неведении о себе, но ничтожность, лежащая в основе человека, — это также и осознание им самого себя. Его негативность проявляется позитивно как мука, желание, мольба, разрыв, но что касается подлинного возвращения к позитиву, суб-человек избегает его. Он боится вовлекаться в проект так же, как боится отстраниться и тем самым оказаться в опасности перед будущим, посреди его возможностей. Поэтому он ищет убежища в готовых ценностях серьёзного мира. Он будет провозглашать опредёленные мнения; он будет искать прикрытие за ярлыком; и чтобы скрыть своё безразличие, он с готовностью предастся словесным выпадам или даже физическому насилию. Сегодня монархист, завтра – анархист, он с большей вероятностью антисемит, антиклерикал, или антиреспубликанец.

Таким образом, хотя мы определили его как отрицание и бегство, суб-человек — не безобидное существо. Он осознаёт себя в мире как слепую, неконтролируемую силу, которую любой может взять под контроль. В линчеваниях, погромах, во всех великих кровавых движениях, организованных фанатизмом серьёзности и страсти, движениях, где нет риска, тех, кто выполняет грязную работу, набирают из числа суб-человеков. Вот почему каждый человек, желающий обрести свободу в человеческом мире, созданном свободными людьми, будет испытывать такое отвращение к суб-человекам. Этика — это триумф свободы над фактичностью, а суб-человек чувствует лишь фактичность своего существования. Вместо того чтобы возвеличивать царство человеческого, он противопоставляет своё инертное сопротивление проектам других людей. Ни один проект не имеет смысла в мире, раскрываемом таким существованием.

Человек определяется как дикое бегство. Мир вокруг него пуст и бессвязен. Ничего никогда не происходит; ничто не заслуживает желания или усилий. Суб-человек прокладывает свой путь через мир, лишённый смысла, к смерти, которая лишь сковывает его долгое отрицание самого себя. Единственное, что открывается в этом опыте, — это абсурдная фактичность существования, которое навсегда остаётся неоправданным, если не знает, как себя оправдать. Суб-человек переживает пустыню мира в своей скуке. И странный характер Вселенной, с которой он не установил никакой связи, также вызывает в нём страх. Отягощённый текущими событиями, он сбит с толку тьмой будущего, преследуемого ужасными призраками, войной, болезнями, революцией, фашизмом, большевизмом. Чем неяснее эти опасности, тем страшнее они становятся. Суб-человек не очень хорошо понимает, что ему терять, поскольку у него ничего нет, но именно эта неопределённость усиливает его ужас. Действительно, он боится, что потрясение от непредвиденного напомнит ему о мучительном осознании самого себя."


— Simone de Beauvoir
"Pour une morale de l'ambiguïté"
(1947)

Photo: Mickey Mouse Club (1930-ые)

#culture #книги