Пляска Смерти. VI - The Pope
Moriatur sacerdos magnus.
Умрёт первосвященник.
— lOSUE XX. [Joshua 20:6] (Иисуса Навина)
-----
Fiant dies ejus pauci , et episcopatum eius accipiat alter.
[Будут дни его сочтены ], а епископство примет другой.
— PSALMISTA CVIII. [Psalm 108:8] (Давидов)
-----
Qui te cuydes immortel estre
Кто считает себя бессмертным
Par Mort seras tost depesché,
Смертью будет скоро погублен,
Et combien que tu soys grand prebstre,
И каким бы великим священником ты ни был,
Vng aultre aura ton Euesché.
Другой займёт твоё место.
Art: Hans Holbein the Younger
(контекст)
#culture #danceofdeath
Moriatur sacerdos magnus.
Умрёт первосвященник.
— lOSUE XX. [Joshua 20:6] (Иисуса Навина)
-----
[
— PSALMISTA CVIII. [Psalm 108:8] (Давидов)
-----
Qui te cuydes immortel estre
Кто считает себя бессмертным
Par Mort seras tost depesché,
Смертью будет скоро погублен,
Et combien que tu soys grand prebstre,
И каким бы великим священником ты ни был,
Vng aultre aura ton Euesché.
Другой займёт твоё место.
Art: Hans Holbein the Younger
(контекст)
#culture #danceofdeath
▶️ Tactical Sekt - Xfixiation (Hellfire remix by [:SITD:])
Society, solution
Environment, pollution
Controlling population
Divided United Nations
Conflict, annihilate
Cross-purpose, commiserate
Carpet-bombing civilian targets
Indiscriminate hybrid killer
Death flying down
On distant targets
Can't see their faces so far away
Daisy cutter from thirty five thousand feet
Take a shit and then fly away
Art: The Unending Cult of Human Sacrifice | Christopher Richard Wynne Nevinson
Society, solution
Environment, pollution
Controlling population
Divided United Nations
Conflict, annihilate
Cross-purpose, commiserate
Carpet-bombing civilian targets
Indiscriminate hybrid killer
Death flying down
On distant targets
Can't see their faces so far away
Daisy cutter from thirty five thousand feet
Take a shit and then fly away
Art: The Unending Cult of Human Sacrifice | Christopher Richard Wynne Nevinson
Кто жив.
Кто жил.
Кто жил — не тужил.
Кто воевал.
Кто служил.
Кто потерял всё.
Кто отдал всё.
Кто жизнь
за других
положил.
Кто выжил.
Кто выживет.
Переживёт.
Помни,
чтоб
мир
не забыл.
Кто жил.
Кто жил — не тужил.
Кто воевал.
Кто служил.
Кто потерял всё.
Кто отдал всё.
Кто жизнь
за других
положил.
Кто выжил.
Кто выживет.
Переживёт.
Помни,
чтоб
мир
не забыл.
Между математикой и водоворотом вымысла (1)
"Мы видели, что не может быть окончательной проверки истинности или ложности субъективного мышления, его искренности или фальши. А как же общественное, систематическое мышление, поиск объективных истин, который со времён Парменида считается превосходством человека на Западе?
Ценности, логически формальные или экзистенциальные, расплывчатые или строгие, которые привязаны к слову «истина», запутаны в исторических, идеологических, психологических координатах, часто произвольных («истина по одну сторону Пиренеев»*, как выразился Паскаль). Даже экспериментально доказуемые и эмпирически применимые истины наук гарантированы теоретическими, философскими предположениями, изменчивыми «парадигмами», которые всегда подвержены пересмотру или отбрасыванию. Когда мысль обращается, когда она взывает к «истине», она релятивизирует этот критерий в тот момент, когда обращается к нему. Из этой диалектической цикличности нет выхода.
В результате история истины, концепции, которая сама по себе отрицает любой абсолютный статус — абсолютное не имеет истории — простирается от самых догматических, «откровенных» [revealed] басен до самого крайнего скептицизма и модернистского движения, уже заложенного в классическом скептицизме, «всё дозволено» [anything goes]. Каким бы последовательным и скрупулёзным в своём самоанализе мысли он ни был, мыслительный акт может постулировать достижение истины только в том случае, если процесс является тавтологическим, а результат — формальным эквивалентом, как в математике или символической логике. Все другие утверждения истины, доктринальные, философские, исторические или научные, подвержены ошибке, фальсификации, пересмотру и стиранию. Подобно «суперструнам» в современной космологии, «истины» вибрируют в многочисленных измерениях, недоступных для какого-либо окончательного доказательства (на самом деле, нет чёткого представления о том, что такое «доказательство» может быть).
Экзистенциальное мышление, процесс мышления в интеллектуальной и повседневной жизни, не может «прорваться» в какую-либо самоочевидную, неопровержимую, вечную реальность (измерение) истины. Однако именно эту реальность обещают и стремятся достичь откровенные вероучения**, метафизика, как у Платона, Плотина или Спинозы. Таким образом, в абстрактном мышлении, в эпистемологических методах есть скрытый фоновый бас*** ностальгии, эдемский миф о потерянных определённостях [certitudes] (мы слышим его с пронзительной целостностью в мыслителях, таких как Гуссерль). Мыслить — значит не дотягивать, приходить куда-то «мимо цели» [beside the point]. В лучшем случае мышление порождает то, что Уоллес Стивенс называл «высшими вымыслами» [supreme fictions]. Эйнштейн считал иначе: «Творческий принцип заключается в математике. В определенном смысле, поэтому, я считаю верным, что чистое мышление может постичь реальность, как мечтали древние» (где «мечтали» может быть более чем фрейдистским промахом). На что один из самых авторитетных современных космологов отвечает: «даже в рамках базовой области базовых уравнений физики наши знания всегда будут неполными».
-----
* "Истина / правда по эту сторону Пиренеев, а ошибка по ту."
— Blaise Pascal
Of Justice, Customs, and Prejudices)
-----
** Откровенные религии [revealed religions] имеют религиозные тексты, которые они считают откровенными / раскрытыми [revealed] или вдохновлёнными божественно или сверхъестественно.
-----
*** Ба́ссо остина́то, ground bass (итал. basso ostinato, буквально — упорный бас), также остинатный бас в многоголосной музыке — повторяющаяся в нижнем голосе мелодико-ритмическая фигура, на фоне которой обновляются верхние голоса.
-----
— George Steiner
"Ten (Possible) Reasons for the Sadness of Thought"
(продолжение)
Art: Nikolai Lutohin
#цитаты #книги #philosophy
"Мы видели, что не может быть окончательной проверки истинности или ложности субъективного мышления, его искренности или фальши. А как же общественное, систематическое мышление, поиск объективных истин, который со времён Парменида считается превосходством человека на Западе?
Ценности, логически формальные или экзистенциальные, расплывчатые или строгие, которые привязаны к слову «истина», запутаны в исторических, идеологических, психологических координатах, часто произвольных («истина по одну сторону Пиренеев»*, как выразился Паскаль). Даже экспериментально доказуемые и эмпирически применимые истины наук гарантированы теоретическими, философскими предположениями, изменчивыми «парадигмами», которые всегда подвержены пересмотру или отбрасыванию. Когда мысль обращается, когда она взывает к «истине», она релятивизирует этот критерий в тот момент, когда обращается к нему. Из этой диалектической цикличности нет выхода.
В результате история истины, концепции, которая сама по себе отрицает любой абсолютный статус — абсолютное не имеет истории — простирается от самых догматических, «откровенных» [revealed] басен до самого крайнего скептицизма и модернистского движения, уже заложенного в классическом скептицизме, «всё дозволено» [anything goes]. Каким бы последовательным и скрупулёзным в своём самоанализе мысли он ни был, мыслительный акт может постулировать достижение истины только в том случае, если процесс является тавтологическим, а результат — формальным эквивалентом, как в математике или символической логике. Все другие утверждения истины, доктринальные, философские, исторические или научные, подвержены ошибке, фальсификации, пересмотру и стиранию. Подобно «суперструнам» в современной космологии, «истины» вибрируют в многочисленных измерениях, недоступных для какого-либо окончательного доказательства (на самом деле, нет чёткого представления о том, что такое «доказательство» может быть).
Экзистенциальное мышление, процесс мышления в интеллектуальной и повседневной жизни, не может «прорваться» в какую-либо самоочевидную, неопровержимую, вечную реальность (измерение) истины. Однако именно эту реальность обещают и стремятся достичь откровенные вероучения**, метафизика, как у Платона, Плотина или Спинозы. Таким образом, в абстрактном мышлении, в эпистемологических методах есть скрытый фоновый бас*** ностальгии, эдемский миф о потерянных определённостях [certitudes] (мы слышим его с пронзительной целостностью в мыслителях, таких как Гуссерль). Мыслить — значит не дотягивать, приходить куда-то «мимо цели» [beside the point]. В лучшем случае мышление порождает то, что Уоллес Стивенс называл «высшими вымыслами» [supreme fictions]. Эйнштейн считал иначе: «Творческий принцип заключается в математике. В определенном смысле, поэтому, я считаю верным, что чистое мышление может постичь реальность, как мечтали древние» (где «мечтали» может быть более чем фрейдистским промахом). На что один из самых авторитетных современных космологов отвечает: «даже в рамках базовой области базовых уравнений физики наши знания всегда будут неполными».
-----
* "Истина / правда по эту сторону Пиренеев, а ошибка по ту."
— Blaise Pascal
Of Justice, Customs, and Prejudices)
-----
** Откровенные религии [revealed religions] имеют религиозные тексты, которые они считают откровенными / раскрытыми [revealed] или вдохновлёнными божественно или сверхъестественно.
-----
*** Ба́ссо остина́то, ground bass (итал. basso ostinato, буквально — упорный бас), также остинатный бас в многоголосной музыке — повторяющаяся в нижнем голосе мелодико-ритмическая фигура, на фоне которой обновляются верхние голоса.
-----
— George Steiner
"Ten (Possible) Reasons for the Sadness of Thought"
(продолжение)
Art: Nikolai Lutohin
#цитаты #книги #philosophy
Между математикой и водоворотом вымысла (2)
(начало)
Чем яростнее давление мысли, тем устойчивее язык, в который она заключена. Язык, так сказать, враждебен монохромному идеалу истины. Он насыщен двусмысленностью, полифоническими одновременностями. Он наслаждается фантастификацией [fantastication], конструкциями надежды и будущности, для которых нет доказательств. Возможно, именно поэтому человекообразные обезьяны не спешили его развивать. Люди не смогли бы выжить без того, что Ибсен называл «жизне-ложью» [life-lies]*. Мышление, ограниченное логическими предложениями, лучше всего выражаемыми невербально, или доказуемыми фактуальностями, было бы безумием. Человеческая креативность, жизнеутверждающая способность отрицать диктат органического, говорить «Нет» даже смерти, полностью зависит от мышления, от воображения контрфактуального. Мы изобретаем альтернативные способы существования, другие миры — утопические или адские. Мы переизобретаем прошлое и «грезим наперёд» [dream forward]. Но, какими бы незаменимыми, великолепно динамичными они не были, они остаются вымыслами. Они питают религии и идеологии, либидо переполнено ими (шекспировские «безумцы [lunatics], влюбленные и поэты»**).
Язык постоянно стремится установить господство над мышлением. В потоке мыслей он создает водовороты, которые мы называем «психическими расстройствами», и заторы, известные как навязчивые идеи. Однако это вмешательство, это непрекращающееся «мутнение воды» — это также и творчество. В этой приливной волне акт чистой концентрации, попытка очистить сознание от его жизненных вымыслов, от зримых (осознаваемых) [open-eyed] галлюцинаций желания, намерения или страха, как мы уже отмечали, чрезвычайно редки. Они требуют дисциплины, глубоко противоречащей естественному языку, хотя и доступной математике и символической логике. Когда Эйнштейн призывает к «чистому мышлению», он имеет в виду именно это. В свою очередь, некоторые выдающиеся философы пытались сделать свои лингвистические высказывания как можно более «математическими», как можно более невосприимчивыми к бунтарской радости естественной речи. Но сколько есть Спиноз, сколько Фреге или Виттгенштейнов, и в какой степени даже эти аскеты истины преуспели? В сумерках пел Сократ.
Эта фундаментальная антиномия (противоречие) между, с одной стороны, притязаниями языка на автономию, на освобождение от деспотизма референции и разума — притязаниями, которые имеют решающее значение для модернизма и деконструкции, — и, с другой стороны, беспристрастным стремлением к истине, является четвёртым мотивом для печали (Unzerstrliche Melancholic)."
-----
* "Заберите у обычного человека жизне-ложь, и вы сразу же лишите его счастья."
— Henrik Ibsen
"The Wild Duck"
-----
** "Безумные, любовники, поэты —
Все из фантазий созданы одних.
Безумец видит больше чертовщины,
Чем есть в аду. Безумец же влюблённый
В цыганке видит красоту Елены,
Поэта взор в возвышенном безумье
Блуждает между небом и землёй."
—William Shakespeare
“A Midsummer Night's Dream”, Act V, Scene I
перевод: Щепкина-Куперник
-----
— George Steiner
"Ten (Possible) Reasons for the Sadness of Thought"
anklebende Traurigkeit (третья причина)
Art: Diego Andrade
#цитаты #книги #philosophy
(начало)
Чем яростнее давление мысли, тем устойчивее язык, в который она заключена. Язык, так сказать, враждебен монохромному идеалу истины. Он насыщен двусмысленностью, полифоническими одновременностями. Он наслаждается фантастификацией [fantastication], конструкциями надежды и будущности, для которых нет доказательств. Возможно, именно поэтому человекообразные обезьяны не спешили его развивать. Люди не смогли бы выжить без того, что Ибсен называл «жизне-ложью» [life-lies]*. Мышление, ограниченное логическими предложениями, лучше всего выражаемыми невербально, или доказуемыми фактуальностями, было бы безумием. Человеческая креативность, жизнеутверждающая способность отрицать диктат органического, говорить «Нет» даже смерти, полностью зависит от мышления, от воображения контрфактуального. Мы изобретаем альтернативные способы существования, другие миры — утопические или адские. Мы переизобретаем прошлое и «грезим наперёд» [dream forward]. Но, какими бы незаменимыми, великолепно динамичными они не были, они остаются вымыслами. Они питают религии и идеологии, либидо переполнено ими (шекспировские «безумцы [lunatics], влюбленные и поэты»**).
Язык постоянно стремится установить господство над мышлением. В потоке мыслей он создает водовороты, которые мы называем «психическими расстройствами», и заторы, известные как навязчивые идеи. Однако это вмешательство, это непрекращающееся «мутнение воды» — это также и творчество. В этой приливной волне акт чистой концентрации, попытка очистить сознание от его жизненных вымыслов, от зримых (осознаваемых) [open-eyed] галлюцинаций желания, намерения или страха, как мы уже отмечали, чрезвычайно редки. Они требуют дисциплины, глубоко противоречащей естественному языку, хотя и доступной математике и символической логике. Когда Эйнштейн призывает к «чистому мышлению», он имеет в виду именно это. В свою очередь, некоторые выдающиеся философы пытались сделать свои лингвистические высказывания как можно более «математическими», как можно более невосприимчивыми к бунтарской радости естественной речи. Но сколько есть Спиноз, сколько Фреге или Виттгенштейнов, и в какой степени даже эти аскеты истины преуспели? В сумерках пел Сократ.
Эта фундаментальная антиномия (противоречие) между, с одной стороны, притязаниями языка на автономию, на освобождение от деспотизма референции и разума — притязаниями, которые имеют решающее значение для модернизма и деконструкции, — и, с другой стороны, беспристрастным стремлением к истине, является четвёртым мотивом для печали (Unzerstrliche Melancholic)."
-----
* "Заберите у обычного человека жизне-ложь, и вы сразу же лишите его счастья."
— Henrik Ibsen
"The Wild Duck"
-----
** "Безумные, любовники, поэты —
Все из фантазий созданы одних.
Безумец видит больше чертовщины,
Чем есть в аду. Безумец же влюблённый
В цыганке видит красоту Елены,
Поэта взор в возвышенном безумье
Блуждает между небом и землёй."
—William Shakespeare
“A Midsummer Night's Dream”, Act V, Scene I
перевод: Щепкина-Куперник
-----
— George Steiner
"Ten (Possible) Reasons for the Sadness of Thought"
anklebende Traurigkeit (третья причина)
Art: Diego Andrade
#цитаты #книги #philosophy
Рои ИИ-агентов — угроза демократии
Оглядываясь на “общественное мнение” онлайн уже нельзя быть уверенным, что это человеческое мнение теплокровных носителей органического интеллекта, а не управляемый каскад синтетического консенсуса.
Сегодняшние возможности позволяют создание роя, в котором ИИ-агенты:
(i) сохраняют постоянную идентичность и память;
(ii) координируют свои действия для достижения общих целей, варьируя тон и содержание;
(iii) адаптируются в режиме реального времени к взаимодействию, сигналам платформы и реакциям людей;
(iv) работают с минимальным контролем со стороны человека;
(v) могут развёртываться на разных платформах.
Топорные дедовские навалы глупо квакающих ботов (например, Твиттер-кампания кацапских спецслужб нацеленная на выборы в США в 2016) уходят в прошлое.
Рои могут генерировать органично выглядящий, контекстно-зависимый контент, поддерживать связные нарративы между агентами и развиваться на основе фидбэка.
1. Они перешли от централизованного управления к гибкой координации. Один кожаный оператор может управлять тысячами ИИ-персонажей, планируя контент и корректируя нарративные рамки во всей подопечной “флотилии”.
2. Агенты могут “представить” себе структуры социальных сетей в масштабе, чтобы идентифицировать ключевые для их целей сообщества и убеждения, отслеживать актуальные темы, и органично адаптироваться.
3. Имитация человеческого поведения помогает роям уклоняться от устаревших детекторов нацеленных на прежних “дуболомов”. Фотореалистичные аватары, контекстно-уместный сленг и разнородные ритмы публикаций могут обойти фильтры защиты отслеживающей паттерны.
4. Невиданные масштабы самооптимизации. Имея достаточно сигналов, они могут проводить миллионы микро-A/B-тестов, распространять победившие варианты с машинной скоростью и реагировать в разы быстрее людей.
5. Кампания не прекращается. Агенты не набегают девятым валом, а прорастают в сообщества бурьяном надолго, испоганивая и меняя дискурс, искажая символы и смыслы, размывая или пятная коллективную(ые) идентичность(и).
Не стоит также забывать беспроигрышную стратегию “насрать в колодец” — можно отравить эпистемическую основу на которой обучаются LLM’ки. Если изгадить контент на площадках где пасётся веб-краулер собирающий информацию для языковых моделей, то сфабрикованные нарративы рано или поздно осядут в их “весах” [weights]. А это скажется на том, что и как они выдают.
С помощью роя можно слаженно харассить любого представленного в сети человека, мобилизовывать массы, зашумлять каналы связи, подрывать доверие к диалогу, институциям, самой возможности живого дискурса, культивировать и сеять страх, неуверенность и сомнение.
AI bot swarms threaten to undermine democracy
(препринт)
По теме:
• Ботнет наступает
• Не давайте автономию ИИ агентам
• Не пей из колодца
#ai #tech
Оглядываясь на “общественное мнение” онлайн уже нельзя быть уверенным, что это человеческое мнение теплокровных носителей органического интеллекта, а не управляемый каскад синтетического консенсуса.
Сегодняшние возможности позволяют создание роя, в котором ИИ-агенты:
(i) сохраняют постоянную идентичность и память;
(ii) координируют свои действия для достижения общих целей, варьируя тон и содержание;
(iii) адаптируются в режиме реального времени к взаимодействию, сигналам платформы и реакциям людей;
(iv) работают с минимальным контролем со стороны человека;
(v) могут развёртываться на разных платформах.
Топорные дедовские навалы глупо квакающих ботов (например, Твиттер-кампания кацапских спецслужб нацеленная на выборы в США в 2016) уходят в прошлое.
Рои могут генерировать органично выглядящий, контекстно-зависимый контент, поддерживать связные нарративы между агентами и развиваться на основе фидбэка.
1. Они перешли от централизованного управления к гибкой координации. Один кожаный оператор может управлять тысячами ИИ-персонажей, планируя контент и корректируя нарративные рамки во всей подопечной “флотилии”.
2. Агенты могут “представить” себе структуры социальных сетей в масштабе, чтобы идентифицировать ключевые для их целей сообщества и убеждения, отслеживать актуальные темы, и органично адаптироваться.
3. Имитация человеческого поведения помогает роям уклоняться от устаревших детекторов нацеленных на прежних “дуболомов”. Фотореалистичные аватары, контекстно-уместный сленг и разнородные ритмы публикаций могут обойти фильтры защиты отслеживающей паттерны.
4. Невиданные масштабы самооптимизации. Имея достаточно сигналов, они могут проводить миллионы микро-A/B-тестов, распространять победившие варианты с машинной скоростью и реагировать в разы быстрее людей.
5. Кампания не прекращается. Агенты не набегают девятым валом, а прорастают в сообщества бурьяном надолго, испоганивая и меняя дискурс, искажая символы и смыслы, размывая или пятная коллективную(ые) идентичность(и).
Не стоит также забывать беспроигрышную стратегию “насрать в колодец” — можно отравить эпистемическую основу на которой обучаются LLM’ки. Если изгадить контент на площадках где пасётся веб-краулер собирающий информацию для языковых моделей, то сфабрикованные нарративы рано или поздно осядут в их “весах” [weights]. А это скажется на том, что и как они выдают.
С помощью роя можно слаженно харассить любого представленного в сети человека, мобилизовывать массы, зашумлять каналы связи, подрывать доверие к диалогу, институциям, самой возможности живого дискурса, культивировать и сеять страх, неуверенность и сомнение.
AI bot swarms threaten to undermine democracy
(препринт)
По теме:
• Ботнет наступает
• Не давайте автономию ИИ агентам
• Не пей из колодца
#ai #tech
Нейроэкзистенциализм
Дырявая душа Дональда Трампа Deny everything. Admit nothing. Гострайтер писавший трамповскую "Art of the Deal" о самом Трампе: "Просмотр «Ученика» выкристаллизовал два больших урока, которые я усвоил от г-на Трампа 30 лет назад и которые, как я видел, с…
"Чёрная дыра нужды"
Ненасытным стареющим безумцам никогда ничего не будет достаточно.
Ненасытным стареющим безумцам никогда ничего не будет достаточно.
Нейроэкзистенциализм
"Чёрная дыра нужды" Ненасытным стареющим безумцам никогда ничего не будет достаточно.
Пляска Смерти. VII - The Emperor
Dispone domui tuæ, morieris enim tu, & non viues.
«Приведи в порядок свой дом, ибо ты умрёшь и не будешь жить».
— ISAIÆ XXXVIII. [Isaiah 38:1]
-----
Ibi morieris, & ibi erit currus gloriæ tuæ. [ignominia domus domini tui. ]
Там ты умрешь, и там будет колесница твоей славы [позор дома Господа твоего. ]
— ISAIÆ XXII. [Isaiah 22:18]
-----
De ta maison disposeras
Ты распорядишься своим домом
Comme de ton bien transitoire,
Как своим временным имуществом,
Car là ou mort reposeras,
Ибо там, где покоится смерть,
Seront les chariotz de ta gloire.
Будут колесницы твоей славы.
Art: Hans Holbein the Younger
(контекст)
Вариации гравюры за несколько веков.
#culture #danceofdeath
Dispone domui tuæ, morieris enim tu, & non viues.
«Приведи в порядок свой дом, ибо ты умрёшь и не будешь жить».
— ISAIÆ XXXVIII. [Isaiah 38:1]
-----
Ibi morieris, & ibi erit currus gloriæ tuæ. [
Там ты умрешь, и там будет колесница твоей славы [
— ISAIÆ XXII. [Isaiah 22:18]
-----
De ta maison disposeras
Ты распорядишься своим домом
Comme de ton bien transitoire,
Как своим временным имуществом,
Car là ou mort reposeras,
Ибо там, где покоится смерть,
Seront les chariotz de ta gloire.
Будут колесницы твоей славы.
Art: Hans Holbein the Younger
(контекст)
Вариации гравюры за несколько веков.
#culture #danceofdeath
Отрицание самоуничтожения
"Сегодня человечество не играет в настольную игру Mad ("Монополия" наоборот — задача терять деньги) с противниками под названием Природа, Технология или Время. Если бы оно, как Эдип, отправилось на поиски виновника, то в конце концов оказалось бы лицом к лицу с самим собой. За посредническими естественными и искусственными барьерами, которые удерживают людей от убийственной драки “каждый сам за себя”, человечество никогда не имеет дело ни с кем, кроме самого себя. Это история, в которой есть только один главный герой, даже если зло, угрожающее ему, принимает форму судьбы.
Эта судьба не является агентом, у неё нет намерений. Но логическая структура в ситуации взаимного гарантированного уничтожения точно такая же. Под поверхностной видимостью двух антагонистов, неразрывно связанных своим миметическим соперничеством, можно обнаружить единственное действующее лицо: человечество, вновь борющееся со своим собственным насилием, которое принимает форму апокалиптической судьбы. В обоих случаях зло не имеет автора, оно лишено намерения. Хитрость, на которую мы должны возложить свои надежды, заключается не в том, чтобы притворяться, что этого зла не существует, а в том, чтобы действовать так, как будто мы являемся его жертвой, при этом помня, что мы являемся единственной и исключительной причиной того, что с нами происходит.
Эта двойная игра, эта стратегия, возможно, является необходимым условием для нашего выживания.
В проецируемом времени время попадает в петлю, которая герметически замыкается на себе, как будто прошлое и будущее вечно перебрасывают между собой мяч. И всё же, как и в случае с библейским пророчеством, это замыкание одновременно является открытием. Временная петля замыкается на себе в момент предсказанной гибели; но, как дополнение к жизни и надежде, время продолжается за пределами точки замыкания. Открытие возникает из того факта, что наша судьба имеет статус случайности, ошибки, которую мы в силах не совершать. С этого момента мы знаем, что отправляемся в путешествие с бомбой замедленного действия на борту. Только от нас зависит, чтобы её взрыв — записанный как крайне маловероятная фатальность — не произошёл. Мы обречены на постоянную бдительность.
Наше нынешнее понимание феномена запрограммированной гибели клеток или клеточного самоуничтожения привело биолога Жана-Клода Амейсена к выводу, что необходимым условием жизни является постоянное подавление самоубийства на клеточном уровне. Жизнь в её положительном аспекте, по его словам, должна быть понята как подавление подавления, «отрицание отрицания», поскольку она обязана своим существованием «отрицанию негативного события — самоуничтожения».
Подобным образом, просвещённый пророческий фатализм [enlightened doomsaying] побуждает нас рассматривать дальнейшее существование человеческого общества как результат отрицания акта самоуничтожения — запечатлённого в будущем, которое “замёрзло” в судьбе. В надежде, перефразируя Борхеса, что это будущее, каким бы неизбежным оно ни было, всё же не наступит."
— Jean-Pierre Dupuy
"How to Think About Catastrophe: Toward a Theory of Enlightened Doomsaying"
По теме (о концепции на пальцах):
Enlightened Doomsaying
Art: The Way to Hell | Alfred Kubin
#global
"Сегодня человечество не играет в настольную игру Mad ("Монополия" наоборот — задача терять деньги) с противниками под названием Природа, Технология или Время. Если бы оно, как Эдип, отправилось на поиски виновника, то в конце концов оказалось бы лицом к лицу с самим собой. За посредническими естественными и искусственными барьерами, которые удерживают людей от убийственной драки “каждый сам за себя”, человечество никогда не имеет дело ни с кем, кроме самого себя. Это история, в которой есть только один главный герой, даже если зло, угрожающее ему, принимает форму судьбы.
Эта судьба не является агентом, у неё нет намерений. Но логическая структура в ситуации взаимного гарантированного уничтожения точно такая же. Под поверхностной видимостью двух антагонистов, неразрывно связанных своим миметическим соперничеством, можно обнаружить единственное действующее лицо: человечество, вновь борющееся со своим собственным насилием, которое принимает форму апокалиптической судьбы. В обоих случаях зло не имеет автора, оно лишено намерения. Хитрость, на которую мы должны возложить свои надежды, заключается не в том, чтобы притворяться, что этого зла не существует, а в том, чтобы действовать так, как будто мы являемся его жертвой, при этом помня, что мы являемся единственной и исключительной причиной того, что с нами происходит.
Эта двойная игра, эта стратегия, возможно, является необходимым условием для нашего выживания.
В проецируемом времени время попадает в петлю, которая герметически замыкается на себе, как будто прошлое и будущее вечно перебрасывают между собой мяч. И всё же, как и в случае с библейским пророчеством, это замыкание одновременно является открытием. Временная петля замыкается на себе в момент предсказанной гибели; но, как дополнение к жизни и надежде, время продолжается за пределами точки замыкания. Открытие возникает из того факта, что наша судьба имеет статус случайности, ошибки, которую мы в силах не совершать. С этого момента мы знаем, что отправляемся в путешествие с бомбой замедленного действия на борту. Только от нас зависит, чтобы её взрыв — записанный как крайне маловероятная фатальность — не произошёл. Мы обречены на постоянную бдительность.
Наше нынешнее понимание феномена запрограммированной гибели клеток или клеточного самоуничтожения привело биолога Жана-Клода Амейсена к выводу, что необходимым условием жизни является постоянное подавление самоубийства на клеточном уровне. Жизнь в её положительном аспекте, по его словам, должна быть понята как подавление подавления, «отрицание отрицания», поскольку она обязана своим существованием «отрицанию негативного события — самоуничтожения».
Подобным образом, просвещённый пророческий фатализм [enlightened doomsaying] побуждает нас рассматривать дальнейшее существование человеческого общества как результат отрицания акта самоуничтожения — запечатлённого в будущем, которое “замёрзло” в судьбе. В надежде, перефразируя Борхеса, что это будущее, каким бы неизбежным оно ни было, всё же не наступит."
— Jean-Pierre Dupuy
"How to Think About Catastrophe: Toward a Theory of Enlightened Doomsaying"
По теме (о концепции на пальцах):
Enlightened Doomsaying
Art: The Way to Hell | Alfred Kubin
#global
Как подкрадывается нацизм
Лоуренс Рис — автор книги «The Holocaust: A New History», бестселлера Sunday Times, который Daily Telegraph назвал «лучшим однотомным трудом о Холокосте, когда-либо написанным», The Times — «образцовым описанием того, как произошло величайшее преступление в современной истории», а Mail on Sunday — «новаторским». Бывший руководитель исторических программ BBC TV, он написал девять книг, посвященных нацистам и Второй мировой войне. Многие из них, в том числе «The Nazis: A Warning from History», «Auschwitz: The Nazis and the ‘Final Solution’», «World War II: Behind Closed Doors» и «The Dark Charisma of Adolf Hitler», также стали документальными телесериалами, которые он написал и спродюсировал.
-----
(выдержка из последней книги 2025 года)
"Всё хрупко – часто гораздо хрупче, чем мы думаем. Это главный вывод, который я сделал из своей работы.
Я снова и снова встречала людей, которые были потрясены тем, как быстро изменился их мир – от немцев, опустошённых экономическим коллапсом начала 1930-х годов, до венгерских евреев, которые не могли поверить, как быстро их жизнь была разрушена приходом нацистов; от польских ученых, которые пришли на университетское собрание, только чтобы быть арестованными и отправленными в концентрационный лагерь, до немецких детей, которые внезапно обнаружили, что их семейный дом горит, а их мать подвергается жестокому обращению на их глазах. Все эти люди и многие другие научили меня, насколько хрупки наша жизнь и окружающие нас институты.
Это особенно тревожно, если учесть, что, хотя Национал-социалистическая немецкая рабочая партия, к счастью, больше не существует, основные ценности нацизма — ненависть, поиск козлов отпущения, антисемитизм, расизм и насильственный национализм — по-прежнему очень близки нам.
Имея это в виду, я привожу двенадцать предупреждений о том, как может быть коррумпирована демократия, которые я извлек из изучения этого ужасного периода. Все они относятся к главам с такими же названиями, которые составляют остальную часть этой книги.
Я предлагаю их не в поддержку ни левых, ни правых, а как человек, который ценит демократию выше диктатуры."
-----
1. Распространение теорий заговора
2. Использование «Их» и «Нас»
3. Героическое лидерство
4. Развращение молодёжи
5. Сговор с элитой
6. Атака на права человека
7. Эксплуатация веры
8. Потребность в нужных врагах (непереводимое valuing enemies)
9. Уничтожение сопротивления
10. Эскалация расизма
11. Убийства на расстоянии
12. Разжигание / нагнетание страха
The Nazi Mind: Twelve Warnings from History
#history #global
Лоуренс Рис — автор книги «The Holocaust: A New History», бестселлера Sunday Times, который Daily Telegraph назвал «лучшим однотомным трудом о Холокосте, когда-либо написанным», The Times — «образцовым описанием того, как произошло величайшее преступление в современной истории», а Mail on Sunday — «новаторским». Бывший руководитель исторических программ BBC TV, он написал девять книг, посвященных нацистам и Второй мировой войне. Многие из них, в том числе «The Nazis: A Warning from History», «Auschwitz: The Nazis and the ‘Final Solution’», «World War II: Behind Closed Doors» и «The Dark Charisma of Adolf Hitler», также стали документальными телесериалами, которые он написал и спродюсировал.
-----
(выдержка из последней книги 2025 года)
"Всё хрупко – часто гораздо хрупче, чем мы думаем. Это главный вывод, который я сделал из своей работы.
Я снова и снова встречала людей, которые были потрясены тем, как быстро изменился их мир – от немцев, опустошённых экономическим коллапсом начала 1930-х годов, до венгерских евреев, которые не могли поверить, как быстро их жизнь была разрушена приходом нацистов; от польских ученых, которые пришли на университетское собрание, только чтобы быть арестованными и отправленными в концентрационный лагерь, до немецких детей, которые внезапно обнаружили, что их семейный дом горит, а их мать подвергается жестокому обращению на их глазах. Все эти люди и многие другие научили меня, насколько хрупки наша жизнь и окружающие нас институты.
Это особенно тревожно, если учесть, что, хотя Национал-социалистическая немецкая рабочая партия, к счастью, больше не существует, основные ценности нацизма — ненависть, поиск козлов отпущения, антисемитизм, расизм и насильственный национализм — по-прежнему очень близки нам.
Имея это в виду, я привожу двенадцать предупреждений о том, как может быть коррумпирована демократия, которые я извлек из изучения этого ужасного периода. Все они относятся к главам с такими же названиями, которые составляют остальную часть этой книги.
Я предлагаю их не в поддержку ни левых, ни правых, а как человек, который ценит демократию выше диктатуры."
-----
1. Распространение теорий заговора
2. Использование «Их» и «Нас»
3. Героическое лидерство
4. Развращение молодёжи
5. Сговор с элитой
6. Атака на права человека
7. Эксплуатация веры
8. Потребность в нужных врагах (непереводимое valuing enemies)
9. Уничтожение сопротивления
10. Эскалация расизма
11. Убийства на расстоянии
12. Разжигание / нагнетание страха
The Nazi Mind: Twelve Warnings from History
#history #global
Понедельничный прошлонедельник
(12/01 — 25/01)
1. Хаксли о самом важном уроке истории
2. Биополитика и философия (Эспосито) (1), (2), (3)
3. Кто-то где-то (авторское)
4. Не пей из колодца
5. Шекспир о чуме наших времён
6. Глупое животное (Твен)
7. Sapiens? (Твен)
8. Кто (авторское)
9. Между математикой и водоворотом вымысла (Стайнер) (1), (2)
10. Рои ИИ-агентов — угроза демократии
11. Отрицание самоуничтожения (Дюпюи)
12. Как подкрадывается нацизм (Рис)
-----
𓂀
• Madonna - American Life
• Пляска Смерти. III - The Expulsion
• Пляска Смерти. IV - The Consequences of the Fall
• KNORKATOR - Wir werden
• Пляска Смерти. V - A Cemetery
• Mothersloth - Hazy Blur Of Life
• Monkey3 - Icarus
• Пляска Смерти. VI - The Pope
• Tactical Sekt - Xfixiation (Hellfire remix by [:SITD:])
• Пляска Смерти. VII - The Emperor
-----
Сбор на медицину для Спартана, Хартии, и 92ой ОШБ, осталось всего 6.4к гривен.
Помогите, пожалуйста, донаскрести, если у вас вдруг, в это непростое время, есть такая возможность.
Благодарю.
-----
Art: The Sensorium | Walton Ford
#monday
(12/01 — 25/01)
1. Хаксли о самом важном уроке истории
2. Биополитика и философия (Эспосито) (1), (2), (3)
3. Кто-то где-то (авторское)
4. Не пей из колодца
5. Шекспир о чуме наших времён
6. Глупое животное (Твен)
7. Sapiens? (Твен)
8. Кто (авторское)
9. Между математикой и водоворотом вымысла (Стайнер) (1), (2)
10. Рои ИИ-агентов — угроза демократии
11. Отрицание самоуничтожения (Дюпюи)
12. Как подкрадывается нацизм (Рис)
-----
𓂀
• Madonna - American Life
• Пляска Смерти. III - The Expulsion
• Пляска Смерти. IV - The Consequences of the Fall
• KNORKATOR - Wir werden
• Пляска Смерти. V - A Cemetery
• Mothersloth - Hazy Blur Of Life
• Monkey3 - Icarus
• Пляска Смерти. VI - The Pope
• Tactical Sekt - Xfixiation (Hellfire remix by [:SITD:])
• Пляска Смерти. VII - The Emperor
-----
Сбор на медицину для Спартана, Хартии, и 92ой ОШБ, осталось всего 6.4к гривен.
Помогите, пожалуйста, донаскрести, если у вас вдруг, в это непростое время, есть такая возможность.
Благодарю.
-----
Art: The Sensorium | Walton Ford
#monday
"Защитники" (отрывок) (1)
[...]
"….камень, свинец и камень, и огромные трубы, поднимающиеся вверх, как норы земляных червей. Свинец и камень, а над ними, там, где трубы открывались, огромный простор, который ни одно живое существо не видело уже восемь лет, обширные, бесконечные руины, которые когда-то были домом для человека, местом, где он жил восемь лет назад.
Теперь поверхность была смертельной пустыней из шлака и кочующих облаков. Бесконечные облака плыли туда-сюда, заслоняя красное Солнце. Иногда что-то металлическое шевелилось, двигаясь по остаткам города, пробираясь по измученной местности сельской местности. Свинцушка [leady], поверхностный робот, невосприимчивый к радиации, построенный в лихорадочной спешке в последние месяцы перед тем, как холодная война стала буквально горячей.
Свинцушки, ползающие по земле, перемещающиеся по океанам или по небу в стройных, почерневших аппаратах, существа, которые могли существовать там, где не могла остаться никакая жизнь, металлические и пластиковые фигуры, которые вели войну, задуманную человеком, но которую он сам не мог вести. Люди изобрели войну, изобрели и изготовили оружие, даже изобрели участников, бойцов, актёров войны. Но сами они не могли выйти на поле боя, не могли вести войну сами. Во всём мире — в россии, в Европе, Америке, Африке — не осталось ни одного живого человека. Они находились под землёй, в глубоких убежищах, которые были тщательно спланированы и построены ещё до того, как начали падать первые бомбы.
Это была блестящая идея и единственная идея, которая могла сработать. Наверху, на разрушенной, взорванной поверхности того, что когда-то было живой планетой, свинцушки ползали, бегали и вели войну человека. А под землёй, в глубинах планеты, люди без устали трудились, чтобы производить оружие для продолжения борьбы, месяц за месяцем, год за годом."
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
[...]
"….камень, свинец и камень, и огромные трубы, поднимающиеся вверх, как норы земляных червей. Свинец и камень, а над ними, там, где трубы открывались, огромный простор, который ни одно живое существо не видело уже восемь лет, обширные, бесконечные руины, которые когда-то были домом для человека, местом, где он жил восемь лет назад.
Теперь поверхность была смертельной пустыней из шлака и кочующих облаков. Бесконечные облака плыли туда-сюда, заслоняя красное Солнце. Иногда что-то металлическое шевелилось, двигаясь по остаткам города, пробираясь по измученной местности сельской местности. Свинцушка [leady], поверхностный робот, невосприимчивый к радиации, построенный в лихорадочной спешке в последние месяцы перед тем, как холодная война стала буквально горячей.
Свинцушки, ползающие по земле, перемещающиеся по океанам или по небу в стройных, почерневших аппаратах, существа, которые могли существовать там, где не могла остаться никакая жизнь, металлические и пластиковые фигуры, которые вели войну, задуманную человеком, но которую он сам не мог вести. Люди изобрели войну, изобрели и изготовили оружие, даже изобрели участников, бойцов, актёров войны. Но сами они не могли выйти на поле боя, не могли вести войну сами. Во всём мире — в россии, в Европе, Америке, Африке — не осталось ни одного живого человека. Они находились под землёй, в глубоких убежищах, которые были тщательно спланированы и построены ещё до того, как начали падать первые бомбы.
Это была блестящая идея и единственная идея, которая могла сработать. Наверху, на разрушенной, взорванной поверхности того, что когда-то было живой планетой, свинцушки ползали, бегали и вели войну человека. А под землёй, в глубинах планеты, люди без устали трудились, чтобы производить оружие для продолжения борьбы, месяц за месяцем, год за годом."
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
"Защитники" (отрывок) (2)
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Вы создали нас, — сказал свинцушка, — чтобы вести войну за вас, пока вы, люди, ушли под землю, чтобы выжить. Но прежде чем мы могли продолжить войну, необходимо было проанализировать её, чтобы определить, в чем заключалась её цель. Мы сделали это и обнаружили, что у неё не было никакой цели, за исключением, возможно, удовлетворения человеческих потребностей. Но даже это было сомнительным.
Мы провели дальнейшее исследование. Мы обнаружили, что человеческие культуры проходят через определённые фазы, каждая культура в своё время. По мере старения культуры и потери её целей в ней возникает конфликт между теми, кто хочет отбросить её и создать новую культурную модель, и теми, кто хочет сохранить старую с как можно меньшими изменениями.
В этот момент возникает большая опасность. Внутренний конфликт угрожает погрузить общество в гражданскую войну, группу против группы. Жизненно важные традиции могут быть утрачены — не просто изменены или реформированы, а полностью уничтожены в этот период хаоса и анархии. Мы нашли много таких примеров в истории человечества.
Необходимо, чтобы эта ненависть внутри культуры была направлена вовне, на внешнюю группу, чтобы сама культура могла пережить свой кризис. Результатом этого является война. Для логического ума война абсурдна. Но с точки зрения человеческих потребностей она играет жизненно важную роль. И так будет продолжаться до тех пор, пока человек не повзрослеет настолько, что в нём не останется места для ненависти».
«Вы думаете, что это время наступит?»
«Конечно. Оно уже почти наступило. Это последняя война. Человечество почти объединилось в одну окончательную культуру — мировую культуру. На данный момент оно стоит континент против континента, одна половина мира против другой. Остался только один шаг — переход к единой культуре. Человечество медленно карабкалось вверх, всегда стремясь к объединению своей культуры. Это не заставит себя долго ждать —
«Но это ещё не наступило, и поэтому война должна была продолжаться, чтобы удовлетворить последний бурный всплеск ненависти, который испытывало человечество. Прошло восемь лет с начала войны. За эти восемь лет мы наблюдали и отмечали важные изменения, происходящие в умах людей. Мы видели, как усталость и безразличие постепенно заменяют ненависть и страх. Ненависть постепенно иссякает, с течением времени. Но на данный момент обман должен продолжаться, по крайней мере, ещё некоторое время. Вы не готовы узнать правду. Вы хотели бы продолжить войну».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Вы создали нас, — сказал свинцушка, — чтобы вести войну за вас, пока вы, люди, ушли под землю, чтобы выжить. Но прежде чем мы могли продолжить войну, необходимо было проанализировать её, чтобы определить, в чем заключалась её цель. Мы сделали это и обнаружили, что у неё не было никакой цели, за исключением, возможно, удовлетворения человеческих потребностей. Но даже это было сомнительным.
Мы провели дальнейшее исследование. Мы обнаружили, что человеческие культуры проходят через определённые фазы, каждая культура в своё время. По мере старения культуры и потери её целей в ней возникает конфликт между теми, кто хочет отбросить её и создать новую культурную модель, и теми, кто хочет сохранить старую с как можно меньшими изменениями.
В этот момент возникает большая опасность. Внутренний конфликт угрожает погрузить общество в гражданскую войну, группу против группы. Жизненно важные традиции могут быть утрачены — не просто изменены или реформированы, а полностью уничтожены в этот период хаоса и анархии. Мы нашли много таких примеров в истории человечества.
Необходимо, чтобы эта ненависть внутри культуры была направлена вовне, на внешнюю группу, чтобы сама культура могла пережить свой кризис. Результатом этого является война. Для логического ума война абсурдна. Но с точки зрения человеческих потребностей она играет жизненно важную роль. И так будет продолжаться до тех пор, пока человек не повзрослеет настолько, что в нём не останется места для ненависти».
«Вы думаете, что это время наступит?»
«Конечно. Оно уже почти наступило. Это последняя война. Человечество почти объединилось в одну окончательную культуру — мировую культуру. На данный момент оно стоит континент против континента, одна половина мира против другой. Остался только один шаг — переход к единой культуре. Человечество медленно карабкалось вверх, всегда стремясь к объединению своей культуры. Это не заставит себя долго ждать —
«Но это ещё не наступило, и поэтому война должна была продолжаться, чтобы удовлетворить последний бурный всплеск ненависти, который испытывало человечество. Прошло восемь лет с начала войны. За эти восемь лет мы наблюдали и отмечали важные изменения, происходящие в умах людей. Мы видели, как усталость и безразличие постепенно заменяют ненависть и страх. Ненависть постепенно иссякает, с течением времени. Но на данный момент обман должен продолжаться, по крайней мере, ещё некоторое время. Вы не готовы узнать правду. Вы хотели бы продолжить войну».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
"Защитники" (отрывок) (3)
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Но как вам это удалось?» — спросил Мосс. «Все фотографии, образцы, повреждённое оборудование...»
«Идите сюда». Свинцушка направил их к длинному низкому зданию. «Работа ведётся постоянно, весь персонал трудится, чтобы поддерживать целостную и убедительную картину глобальной войны».
Свинцушки работали повсюду, склонившись над таблицами и письменными столами.
«Изучите этот проект», — сказал свинцушка класса А. Двое свинцушек тщательно фотографировали что-то, сложную модель на столе. «Это хороший пример».
Мужчины собрались вокруг, пытаясь разглядеть. Это была модель разрушенного города.
Тейлор долго молча изучал её. Наконец он поднял глаза.
«Это Сан-Франциско», — тихо сказал он. «Это модель разрушенного Сан-Франциско. Я видел это на видеоэкране, нам это показывали. Мосты были разрушены...»
«Да, обратите внимание на мосты». Свинцушка указал металлическим пальцем на разрушенный пролёт, крошечная паутинка, почти невидимая. «Вы, несомненно, много раз видели фотографии этого и других столов в этом здании.
«Сам Сан-Франциско нетронут. Мы восстановили его вскоре после того как вы ушли, отстроив части, которые были повреждены в начале войны. В этом здании постоянно ведётся работа по созданию новостей. Мы очень тщательно следим за тем, чтобы каждая часть соответствовала всем остальным. На это уходит много времени и усилий».
Фрэнкс коснулся одной из крошечных моделей зданий, наполовину лежащей в руинах. «Так вот чем вы занимаетесь — создаёте модели городов, а потом взрываете их».
«Нет, мы делаем гораздо больше. Мы — смотрители, мы следим за всем миром. Владельцы на время уехали, и мы должны следить за тем, чтобы города оставались чистыми, чтобы не происходило распада, чтобы всё было смазано и находилось в рабочем состоянии. Сады, улицы, водопроводы — всё должно оставаться таким, как было восемь лет назад, чтобы владельцы, когда вернутся, не были недовольны. Мы хотим быть уверены, что они будут полностью удовлетворены».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Но как вам это удалось?» — спросил Мосс. «Все фотографии, образцы, повреждённое оборудование...»
«Идите сюда». Свинцушка направил их к длинному низкому зданию. «Работа ведётся постоянно, весь персонал трудится, чтобы поддерживать целостную и убедительную картину глобальной войны».
Свинцушки работали повсюду, склонившись над таблицами и письменными столами.
«Изучите этот проект», — сказал свинцушка класса А. Двое свинцушек тщательно фотографировали что-то, сложную модель на столе. «Это хороший пример».
Мужчины собрались вокруг, пытаясь разглядеть. Это была модель разрушенного города.
Тейлор долго молча изучал её. Наконец он поднял глаза.
«Это Сан-Франциско», — тихо сказал он. «Это модель разрушенного Сан-Франциско. Я видел это на видеоэкране, нам это показывали. Мосты были разрушены...»
«Да, обратите внимание на мосты». Свинцушка указал металлическим пальцем на разрушенный пролёт, крошечная паутинка, почти невидимая. «Вы, несомненно, много раз видели фотографии этого и других столов в этом здании.
«Сам Сан-Франциско нетронут. Мы восстановили его вскоре после того как вы ушли, отстроив части, которые были повреждены в начале войны. В этом здании постоянно ведётся работа по созданию новостей. Мы очень тщательно следим за тем, чтобы каждая часть соответствовала всем остальным. На это уходит много времени и усилий».
Фрэнкс коснулся одной из крошечных моделей зданий, наполовину лежащей в руинах. «Так вот чем вы занимаетесь — создаёте модели городов, а потом взрываете их».
«Нет, мы делаем гораздо больше. Мы — смотрители, мы следим за всем миром. Владельцы на время уехали, и мы должны следить за тем, чтобы города оставались чистыми, чтобы не происходило распада, чтобы всё было смазано и находилось в рабочем состоянии. Сады, улицы, водопроводы — всё должно оставаться таким, как было восемь лет назад, чтобы владельцы, когда вернутся, не были недовольны. Мы хотим быть уверены, что они будут полностью удовлетворены».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
(продолжение)
#culture
"Защитники" (отрывок) (4)
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Боже мой», — сказал он. Он онемел, не испытывая каких-либо чувств.
Труба исчезла. Она была запечатана, заварена. Их встретила только тусклая поверхность остывающего металла.
Труба была закрыта.
Фрэнкс повернулся, его лицо было бледным и пустым.
Свинцушка класса А сдвинулся с места. «Как вы видите, труба была закрыта. Мы были к этому готовы. Как только вы все оказались на поверхности, был отдан приказ. Если бы вы вернулись, когда мы вас просили, сейчас вы были бы в безопасности внизу. Нам пришлось действовать быстро, потому что это была огромная операция».
«Но почему?» — сердито спросил Мосс.
«Потому что невозможно допустить, чтобы вы возобновили войну. Теперь, когда все туннели запечатаны, пройдёт много месяцев, прежде чем силы из-под земли смогут выйти на поверхность, не говоря уже об организации военной программы. К тому времени цикл войдет в свою последнюю стадию. Вы не будете так расстроены, обнаружив, что ваш мир остался нетронутым.
«Мы надеялись, что вы будете под землей, когда произойдёт запечатывание. Ваше присутствие здесь — неудобство. Когда прорвались советские, мы смогли запечатать их без...»
«Советские? Они прорвались?»
«Несколько месяцев назад они неожиданно поднялись на поверхность, чтобы посмотреть, почему война не была выиграна. Мы были вынуждены действовать быстро. В данный момент они отчаянно пытаются проложить новые трубы на поверхность, чтобы возобновить войну. Однако нам удаётся запечатывать каждую новую трубу, как только она появляется».
Свинцушка спокойно посмотрел на троих мужчин.
— Мы отрезаны, — дрожащим голосом сказал Мосс. — Мы не можем вернуться. Что нам делать?
— Как вам удалось так быстро запечатать Трубу? — спросил Фрэнкс свинцушку. — Мы здесь всего два часа.
«На случай таких чрезвычайных ситуаций над первой ступенью каждой Трубы установлены бомбы. Это тепловые бомбы. Они плавят свинец и камень».
Сжимая рукоятку своего оружия, Франкс повернулся к Моссу и Тейлору.
«Что скажете? Мы не можем вернуться, но мы можем нанести большой ущерб, нас пятнадцать человек. У нас есть оружие Бендера. Как насчет этого?»
Он огляделся. Солдаты снова ушли, вернувшись к выходу из здания. Они стояли снаружи, глядя на долину и небо. Несколько из них осторожно спускались по склону.
«Не хотите ли сдать свои костюмы и оружие?» — вежливо спросил свинцушка класса А. «Костюмы неудобны, а оружие вам не понадобится. Русские сдали своё, как вы видите».
Пальцы напряглись на спусковых крючках. Четверо мужчин в российской форме шли к ним из самолета, который, как они вдруг поняли, бесшумно приземлился неподалеку.
«Стреляйте!» — крикнул Франкс.
«Они безоружны, — сказал свинцушка. — Мы привезли их сюда, чтобы вы могли начать мирные переговоры».
«Мы не имеем полномочий говорить от имени нашей страны», — жёстко ответил Мосс.
«Мы не имеем в виду дипломатические переговоры», — пояснил свинцушка. «Их больше не будет. Решение повседневных проблем существования научит вас, как уживаться в одном мире. Это будет нелегко, но это будет сделано».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
#culture
ОСТОРОЖНО, СПОЙЛЕРЫ
(предыдущее)
«Боже мой», — сказал он. Он онемел, не испытывая каких-либо чувств.
Труба исчезла. Она была запечатана, заварена. Их встретила только тусклая поверхность остывающего металла.
Труба была закрыта.
Фрэнкс повернулся, его лицо было бледным и пустым.
Свинцушка класса А сдвинулся с места. «Как вы видите, труба была закрыта. Мы были к этому готовы. Как только вы все оказались на поверхности, был отдан приказ. Если бы вы вернулись, когда мы вас просили, сейчас вы были бы в безопасности внизу. Нам пришлось действовать быстро, потому что это была огромная операция».
«Но почему?» — сердито спросил Мосс.
«Потому что невозможно допустить, чтобы вы возобновили войну. Теперь, когда все туннели запечатаны, пройдёт много месяцев, прежде чем силы из-под земли смогут выйти на поверхность, не говоря уже об организации военной программы. К тому времени цикл войдет в свою последнюю стадию. Вы не будете так расстроены, обнаружив, что ваш мир остался нетронутым.
«Мы надеялись, что вы будете под землей, когда произойдёт запечатывание. Ваше присутствие здесь — неудобство. Когда прорвались советские, мы смогли запечатать их без...»
«Советские? Они прорвались?»
«Несколько месяцев назад они неожиданно поднялись на поверхность, чтобы посмотреть, почему война не была выиграна. Мы были вынуждены действовать быстро. В данный момент они отчаянно пытаются проложить новые трубы на поверхность, чтобы возобновить войну. Однако нам удаётся запечатывать каждую новую трубу, как только она появляется».
Свинцушка спокойно посмотрел на троих мужчин.
— Мы отрезаны, — дрожащим голосом сказал Мосс. — Мы не можем вернуться. Что нам делать?
— Как вам удалось так быстро запечатать Трубу? — спросил Фрэнкс свинцушку. — Мы здесь всего два часа.
«На случай таких чрезвычайных ситуаций над первой ступенью каждой Трубы установлены бомбы. Это тепловые бомбы. Они плавят свинец и камень».
Сжимая рукоятку своего оружия, Франкс повернулся к Моссу и Тейлору.
«Что скажете? Мы не можем вернуться, но мы можем нанести большой ущерб, нас пятнадцать человек. У нас есть оружие Бендера. Как насчет этого?»
Он огляделся. Солдаты снова ушли, вернувшись к выходу из здания. Они стояли снаружи, глядя на долину и небо. Несколько из них осторожно спускались по склону.
«Не хотите ли сдать свои костюмы и оружие?» — вежливо спросил свинцушка класса А. «Костюмы неудобны, а оружие вам не понадобится. Русские сдали своё, как вы видите».
Пальцы напряглись на спусковых крючках. Четверо мужчин в российской форме шли к ним из самолета, который, как они вдруг поняли, бесшумно приземлился неподалеку.
«Стреляйте!» — крикнул Франкс.
«Они безоружны, — сказал свинцушка. — Мы привезли их сюда, чтобы вы могли начать мирные переговоры».
«Мы не имеем полномочий говорить от имени нашей страны», — жёстко ответил Мосс.
«Мы не имеем в виду дипломатические переговоры», — пояснил свинцушка. «Их больше не будет. Решение повседневных проблем существования научит вас, как уживаться в одном мире. Это будет нелегко, но это будет сделано».
— Philip. K. Dick
"The Defenders" (1953)
#culture