Мясо в один конец

"...«эсвэо», начатая путиным против Украины в 2022 году и рассчитанная на несколько дней до установления марионеточного режима в Киеве, теперь длится дольше, чем советская война против нацистской Германии и вся Первая мировая война. Его войска давно перестали добиваться значительных успехов на поле боя; некоторые данные даже указывают на то, что российские войска потеряли территорию в апреле и мае. Те успехи, которых добились россияне, были достигнуты ценой огромных потерь: в прошлом месяце Анна Кист-Батлер, директор британской разведывательной службы GCHQ, сослалась на новые разведывательные данные, указывающие на то, что число погибших в войне российских войск, вероятно, достигло почти полумиллиона; различные западные источники оценивают общие потери России значительно более чем в 1 миллион человек.

В относительном выражении потери от истощения ещё более ошеломляющие. По некоторым данным, Россия сейчас теряет восемь человек убитыми или тяжело ранеными на каждого погибшего украинца. При средних ежемесячных потерях более 30 000 человек в этом году российская армия с трудом восполняет их новыми новобранцами. Предлагаются бонусы за зачисление в размере до 80 000 долларов и списание долгов на сумму до 140 000 долларов, чтобы побудить больше мужчин к призыву.

Тем, кто всё же записывается, особо не на что рассчитывать. По данным российских военблогеров, средняя продолжительность жизни новобранца — от прибытия на полигон до смерти в зоне боевых действий — составляет от 10 дней до трёх недель. После отправки на поле боя российские бойцы выживают в среднем от 20 до 35 минут. Во многом это объясняется чрезвычайными изменениями в боевых технологиях и тактике — в частности, тем, как беспилотники стали основными средствами поражения в этой войне, что имеет серьёзные последствия для будущего боевых действий в других частях мира."


Земля стекловатой оккупантам

Понедельничный прошлонедельник
(15/06 — 28/06)

1. Симона де Бовуар о суб-человеке

2. Неизбранная ностальгия порождает чудовищ (Гандини)

3. Миф авторитарной эффективности (Мёллер, Скааниг) (1), (2), (3), (4), (5), (6)

4. Disney Adult

5. Дети Медеи - VIII. Каин. Кровь. Капитализм. (11), (12), (13)

6. Стакан зажигалок (авторское)

7. Мясо в один конец (хуйло тонет) (Франкопан)
-----

𓂀
• Bloodhound Gang - Fire water burn
• DOOM II - Original Soundtrack (By Bobby Prince) R.I.P.
• Gojira - Vacuity
• Tabernis - Alveus Umbrae (Mit Dans Is All Die Werlt Genesen - Corvus Corax)
• Сапоги на Западном фронте
-----

Сбор

Для 35 ОБрМП, 3017 НГУ, 633 ОЗКБ

5 аптечек для 81 ОАМБр уже заказаны.

Осталось 33 168 грн.

-----
✧ Монобанка волонтёра ✧

Карта:
4874 1000 3827 0347
-----

Art: Shicksal (Судьба) | Hugo Lederer (1896)

#monday

Чем техноолигархия страшнее фашизма

В своём сабстаке "Towers of Europa", Антон Шеховцов, политолог занимающийся изучением ультраправых движений пишет, что логика техноолигархии указывает на социально-политическую конфигурацию, которую даже фашизм, по своей сути, не мог и, возможно, не может достичь.

"1. Фашизм прославляет коллектив; техноолигархия его упраздняет.

Фашизм ставит коллектив — определяемый как органически зачатая нация или раса — в центр своей политической доктрины. Выживание и здоровье этого исключительного коллектива становится конечной целью политики, оправдывая крайнее насилие против всех, кто считается ему угрозой, будь то самим своим существованием или своими социальными практиками.

Принцип сортировки техноолигархии носит чисто функциональный и экономический характер. Он радикально индивидуалистичен и отвергает социальную ответственность как таковую, рассматривая общественные интересы как препятствие, а не как обязанность. Частные цели техноолигархов и импульс технологического развития преследуются независимо от человеческих жертв.
-----

2. Враги фашизма онтологичны; враг техноолигархии — сам надзор.

Фашизм требует наличия висцеральных (внутренних), постоянных врагов, определяемых тем, чем они являются по своей сути: нацией или расой, классом, сексуальной идентичностью, состоянием здоровья и т. д. Их преследование не случайно, а является конститутивным; устранение целых категорий людей неотделимо от коллективистского проекта фашизма.

Врагом техноолигархии является сама идея о том, что политические коллективы имеют право контролировать и ограничивать технологическое развитие. Каждая конкретная цель является воплощением этой более глубокой угрозы – самого принципа подотчётности. Но её конкретные враги функциональны и ситуативны – это те, кто в данный момент представляет собой препятствие для захвата власти техноолигархами. Никто не является постоянной целью, но и никто не находится в постоянной безопасности.
-----

3. Фашизм управляет государством; техноолигархия его опустошает / выхолащивает [hollows out].

Фашизм выступает за сильное, централизованное, тоталитарное государство – часто сосредоточенное в руках одного лидера или партии. Государство является высшей властью; индивидуальные свободы подчинены его целям. Права не являются универсальными, а предоставляются условно привилегированной группе, определяемой этнокультурным происхождением или политической лояльностью.

Техноолигархия захватывает государство и разрушает его, лишая его перераспределительных и защитных функций, сохраняя при этом его способность к принудительному исполнению. Остаётся лишь оболочка, которая принуждает безразлично. Права и свободы больше не основаны на гражданстве, yj на экономической и функциональной ценности – модель подписки на защиту, которая отменяется в тот момент, когда человек перестаёт быть полезным.
-----

4. Фашизм коллективизирует будущее; техноолигархия его приватизирует.

Фашизм предлагает своей привилегированной группе ориентированный на будущее проект, в котором все могут участвовать посредством коллективных ритуалов принадлежности. Его обещание символического бессмертия – выживания расы, нации, движения – доступно каждому члену этой группы. Будущее общее, даже если оно пропитано кровью.

Техноолигархия также принимает будущее, но оставляет его для горстки. Для всех остальных настоящее бесконечно растянуто: бесконечный, персонализированный, алгоритмически генерируемый поток, в котором прошлое, настоящее и будущее неразличимы. Между тем, проекты бессмертия техноолигархии – цифровое сознание, биологическое улучшение, продление жизни – являются частными приобретениями, доступными только тем, кто может позволить себе полностью избежать человеческого существования.
-----

5. Фашизм подвергает цензуре информацию; техноолигархия вводит эпистемический контроль.

Фашизм систематически «сжигает книги»: подвергает цензуре идеи, искусство и СМИ, которые считаются угрозой его идеологическому или национальному проекту. Такая цензура навязывает конформизм, подавляет инакомыслие и укрепляет власть в рамках тоталитарного государства.

Информационный контроль техноолигархии основан на алгоритмической манипуляции, которая эпистемически недоступна: обычные люди не знают, что подавляется, понижается в статусе или усиливается, и по какой логике. Нет идентифицируемой границы, которую нужно пересечь, нет правила, которое нужно нарушить – есть только вероятностная, постоянно меняющаяся, запатентованная система, оптимизирующаяся для достижения скрытых целей, что является качественно более глубокой формой эпистемической власти, чем цензура.
-----

6. Фашизм следит за гражданами; техноолигархия превращает их в данные.

Фашизм осуществляет слежку для обеспечения политической лояльности и идеологической чистоты – национальной, расовой, социальной, культурной. Такая слежка является отличительной чертой тоталитарного контроля, направленного на устранение оппозиции и формирование общества в соответствии с исключающим видением.

Техноолигархия осуществляет слежку для извлечения поведенческих данных, которые служат сырьём для её экономической и политической власти. Её целью являются не политические субъекты, а источники данных, которые можно добывать. Человеческий опыт – внимание, желания, движения, отношения – становится товаром [commodity], который нужно предсказывать, монетизировать и контролировать. Если фашистская слежка стремилась подавить инакомыслие, то техноолигархическая слежка стремится его предотвратить, что является более глубокой формой социального контроля.
-----

7. Фашизм требует преданности; техноолигархия требует вовлечённости.

Фашизм создаёт культуру, воплощающую его модернистский политический проект, сочетая революционные устремления с мифическим видением национального возрождения. Эта культура глубоко эстетизирована, превращая политику в форму политической религии посредством зрелищ, ритуалов и символизма.

Техноолигархия не видит необходимости в создании культуры. Гуманитарные науки, искусство, историческое сознание рассматриваются как неэффективные препятствия для ясного мышления. На их место: научно-фантастические лозунги, косплей Древнего Рима, фантастические образы — набор заимствованной эстетики, служащий отсутствию какого-либо видения. Культура растворяется в контенте, оптимизированном для показателей вовлеченности, ценимом не за то, что он означает, а за то, как долго он удерживает внимание.
-----

8. Фашизм создаёт «нового человека»; техноолигархия делает человечество устаревшим [obsolete].

Фашизм действует в рамках узнаваемых человеческих параметров. Его видение «нового человека» — очищенного, дисциплинированного, ориентированного на коллективизм — остаётся биологически и исторически человеческим. Цель фашизма антропоцентрична, даже если его методы — геноцид, евгеника, тоталитарный контроль — бесчеловечно кровопролитны.

Техноолигархия стремится вытеснить человеческий вид — посредством ИИ, который делает человеческий интеллект устаревшим, посредством биологического улучшения, доступного только техноолигархической элите, посредством интерфейсов «мозг-компьютер», посредством технологической сингулярности как горизонта. Техноолигархия — первое политическое образование в истории, чья неявная конечная цель — устаревание самого человечества."


— Anton Shekhovtsov
"Worse than Fascism. Eight Points on Techno-Oligarchy"

Art: Shintaro Kago

#global #politics #ai

No trolley problem

Нет и в помине
вагонетки.
Некого толкать на
железнодорожные
пути.

И некого спасать —
мы все здесь,
так или иначе,
обречены.

Дилемм и парадоксов груза
больше нет.

Локомотива слышен
гул протяжный —
ляг поперёк рельс,
шее неудобно,
вдох-выдох,
вот уже
так близко.

Отпусти.


#авторское

Pulvis est

Спасёт ли две стены от КАБа —
вопрос не праздный,
когда по мегаполису
по улице
ходить опасно,
когда вражина наступает
в исступлении,
бросает
на убой
тысячами
скот двуногий
без свободы,
разума,
и мнения.

Такие времена
врагам желать обычно,
эпоха перемен,
кризис,
сдвиг
геополитический,
вооружений гонка,
стрессовых расстройств
с лихвой
посттравматических,
и дискурс юморком
искрит
висельным,
апокалиптическим.

Пусть за проезд
Харону мелочь
им
(врагам нашим)
передаёт
родня
кладя
два медяка
на веки,
камлает,
голосит
о жизни
загробной, вечной.

Вернутся в прах
из праха слепленные
големы
слепой
репродуктивной
воли —
человеки.


Art: Charon | Gustave Dore

#авторское

Пожизненный плен эволюции

Сколько раз мы орали под гитару
про войну как лекарство от морщин.
Сколько полегло на полях брани
столько в жизни не успевших мужчин.

Скольких война заживо сломала,
искалечила до гробовой доски,
скольких эта сука после доконала —
на столе стакан, прострелены виски.

Не всех жертв войны живые вспомнят,
скольких не найдут, чтобы предать земле.
Во чьё имя, честь и славу эти гекатомбы?
Сколько жизней обнулилось на нуле?

Селективное давление отбора,
так устроила Природа — наша Мать.
Всю свою историю мы учимся
сообща друг-друга убивать.


Art: Untitled (War Fury with Torch) | Alfred Kubin (1914)

#авторское

Конец империй

"Во-первых, империи, как правило, представляют собой проекты, которые развиваются и укрепляются благодаря альянсам региональных и трансрегиональных элит. Если связи между элитами сохраняются в значительной степени даже в иных политических условиях, они гарантируют определенную степень преемственности в рамках меняющейся парадигмы, запуская процессы трансформации.

Во-вторых, империи глубоко укоренены в определённых мировоззрениях, которые формируются в диалоге между имперскими центрами, с одной стороны, и имперскими и местными элитами, с другой. Такое мировоззрение должно быть убедительным и успешно демонстрировать свою способность объяснять исторические порядки, процессы и изменения. Это имеет особое значение, поскольку власть любой империи ограничена, хотя она и стремится доказать обратное.

Контрнарратив и идеологическое сопротивление являются значимыми средствами для оспаривания могущества любой империи. Как идеология, любое имперское мировоззрение обладает легитимизирующей силой; как религия — оно передает и опосредует смысл; как «мягкая сила» — оно вызывает признание. Это не жёсткая концепция, а в определенных рамках гибкая и динамичная, адаптируемая и приспособляемая. В абсолютном смысле падение и конец любой конкретной империи наступают только в том случае, если это мировоззрение полностью исчезает или угасает. Как показывают многие случаи, понятие «трансформации» гораздо точнее описывает исторические изменения, чем традиционная идея падения и конца.

В-третьих, необходимость убеждать имеет не только внутреннее, но и внешнее измерение. Она направлена не только на местные и трансрегиональные имперские элиты, но и на внешний мир, состоящий из вассалов, последователей, сочувствующих и врагов. Это напрямую связано со способностью и стремлением любой империи вмешиваться за пределы зон прямого контроля. Хотя такое вмешательство требует военной основы, оно отнюдь не ограничивается проведением военных кампаний и ведением войны. Поскольку империи порождают не только угрозу и страх, но и восхищение и притяжение, именно «мягкая сила» проповедуемого мировоззрения определяет успех империи за пределами зоны её непосредственного контроля. Это приобретает особую важность, когда в истории сталкиваются соперничающие империи, которые противостоят друг другу не только на поле боя. Мировоззрение любой империи имеет не только религиозное измерение, опирающееся на силы божественного повеления и небесного провидения, но и стремится использовать эту идеологию, с одной стороны, для угроз, а с другой — для убеждения в преимуществах сотрудничества. Если разрыв между идеологическими утверждениями и исторической «реальностью» становится слишком большим, империя теряет свою миссию, и сфера её имперского влияния начинает сокращаться, что ведёт к серьёзным имперским кризисам. Без убедительной «мягкой силы» империи едва ли смогут преодолеть вызовы, с которыми им приходится сталкиваться в разные периоды.

В-четвёртых, успех и сила убеждения неразрывно связаны с эффективностью руководства. Это касается имперских и местных элит в целом, но в особенности — представительного центра, то есть монарха, президента, канцлера или императора. Поведение правителя является стабилизирующим фактором чрезвычайной важности. Оно напрямую связано с соответствующим мировоззрением и его способностью убеждать или разочаровывать. Если на данном этапе поведение правителя находится в значительном несоответствии с «мягкой силой» империи, то центробежная динамика набирает обороты, что снижает способность империи успешно противостоять любым внешним и внутренним угрозам."


The End of Empires (free pdf)

#history #книги

Аргумент аксиологической асимметрии антинатализма (1)

"Сознательная жизнь, хотя и представляет собой лишь мимолётную точку на фоне космического времени, полна страданий — страданий, цель которых заключается исключительно в собственном продолжении."

— Better Never To Have Been: The Harm of Coming into Existence
-----

"Первый аргумент основан на асимметрии между вредом и благом. Используя боль и удовольствие в качестве примеров вреда и блага в более общем смысле, я предположил непротиворечивым, что:

1. Наличие боли — это плохо; и

2. Наличие удовольствия — это хорошо.

Однако не представляется возможным выдвигать симметричные утверждения об отсутствии боли и удовольствия, поскольку:

3. Отсутствие боли является благом, даже если этим благом никто не наслаждается; но

4. Отсутствие удовольствия не является злом, если только не найдётся кто-то, для кого это отсутствие является лишением.

Назовём эту асимметрию между сочетанием (1) и (2) и сочетанием (3) и (4) «основной асимметрией». Я утверждал, что базовая асимметрия пользуется очень широким признанием, пусть даже неявно. Она также является лучшим объяснением ряда других асимметрий, которые признаются подавляющим большинством людей:

(i) Асимметрия обязанностей деторождения [procreational duties]

Хотя у нас есть обязанность избегать появления на свет людей, которым предстоит вести жалкую/убогую [miserable] жизнь, у нас нет обязанности приводить в мир тех, кто будет вести счастливую жизнь.
-----

(ii) Асимметрия проспективного (возможного) благодеяния [beneficience]

Странно приводить в качестве причины для рождения ребёнка то, что этому ребёнку от этого будет польза. Не столь странно приводить в качестве причины для отказа от рождения ребёнка то, что этот ребёнок будет страдать.
-----

(iii) Асимметрия ретроспективного благодеяния

Когда человек привёл в мир страдающего ребёнка, имеет смысл сожалеть о том, что привёл этого ребёнка в мир — и сожалеть об этом ради самого ребёнка. Напротив, когда человек не смог привести к жизни счастливого ребёнка, он не может сожалеть об этой неудаче ради самой личности.
-----

(iv) Асимметрия между страданиями далёких людей и отсутствующими счастливыми людьми

Мы по праву скорбим о далёких людях, которые страдают. Напротив, нам не нужно проливать слёзы о счастливых людях, которых нет на необитаемых планетах, необитаемых островах или в других регионах нашей собственной планеты.


— David Benatar
Still Better Never to Have Been: A Reply to (More of) My Critics

(продолжение)

#philosophy

Аргумент аксиологической асимметрии антинатализма (2)

(начало)

Аргумент асимметрии показывает, что лучше вообще никогда не появляться на свет. Он не показывает, насколько велик вред от появления на свет. Второй аргумент — качества жизни — раскрывает масштаб этого вреда. Однако второй аргумент можно также рассматривать как отдельный аргумент в пользу вывода о том, что появление на свет является вредом.

Первый этап аргументации доказывает, что само-оценки [self-assessment] качества жизни являются крайне ненадёжными. Существует множество эмпирических данных, свидетельствующих о том, что большинство людей склонны к оптимистическому искажению, что заставляет их переоценивать качество своей жизни. Оценки качества жизни искажаются и по другим причинам. Во-первых, люди склонны к «адаптации». То есть, если с ними происходит что-то плохое, их само-оценка благополучия сначала снижается, но вскоре возвращается к уровню, близкому к исходной базовой оценке, даже без какого-либо фактического улучшения благополучия. Во-вторых, на оценку людьми качества своей жизни влияет сравнение с качеством жизни других. Поскольку некоторый вред затрагивает всех людей, он, как правило, не влияет на само-оценку благополучия.

Второй этап аргументации, касающейся качества жизни, заключается в том, чтобы показать, сколько негативных факторов упускается при само-оценке, что позволяет предположить, что качество жизни людей гораздо хуже, чем они обычно полагают. Появление на свет в условиях такой жизни представляет собой значительный вред.

Третий этап аргументации заключается в том, чтобы показать: даже если предыдущие этапы будут признаны неубедительными, тем не менее существуют веские основания для критики деторождения. В подтверждение этого вывода я продемонстрировал, сколько страданий существует в мире и насколько любая новая жизнь подвержена по крайней мере некоторым из этих серьезных видов вреда. Таким образом, любые родители навязывают риск этого серьёзного вреда тем, кого они приводят в этот мир. Они играют в репродуктивную «русскую рулетку», в которой расплачиваться придётся их детям. Если аргумент об асимметрии верен, то пистолет полностью заряжен. Но даже если этот аргумент несостоятелен, и пистолет заряжен лишь частично, идти на такие риски ради своего потомства является морально проблематичным.

[...]

Аспект моей аргументации, который, пожалуй, подвергся наибольшей критике, — это моя «базовая асимметрия». Один из вариантов ответа заключался в её прямом отрицании. Так, высказывалось предположение, что если мы можем утверждать, что отсутствие боли является благом для человека, то мы можем сделать симметричное утверждение о том, что отсутствие удовольствия является злом. Согласно этому аргументу, мы должны опровергнуть пункт (4) моей основной асимметрии. Здесь подразумевается, что «для несуществующего человека, которого мы могли бы создать, было бы плохо, если бы его удовольствие не случилось, поскольку для него было бы хорошо, если бы оно случилось». Ошибка этого возражения заключается в том, что оно неверно интерпретирует мою основную асимметрию как логическое, а не аксиологическое* утверждение. Мы, безусловно, можем (логически) утверждать, что, так же как отсутствие страданий в сценарии B является благом, так и отсутствие удовольствий является злом. Проблема, как я уже отмечал, заключается в том, что мы не должны этого утверждать. Одной из причин этого является то, что в таком случае мы не смогли бы выносить все те ценностные суждения, которые мы выносим в рамках четырёх асимметрий, которые, по моему мнению, объясняются базовой асимметрией."

-----
* В философии аксиологическая этика занимается изучением ценностей, на которых люди основывают свои этические нормы, а также исследованием и разработкой теорий этического поведения.
-----

— David Benatar
Still Better Never to Have Been: A Reply to (More of) My Critics
-----

"Большинство людей считают, что рожать детей — это морально приемлемо. Большинство людей так считают, несмотря на то, что дети, несомненно, будут сильно страдать в течение своей жизни и могут испытать чрезвычайно сильные страдания. Сторонники рождаемости, как правило, стремятся подчеркнуть положительные стороны жизни — приятные моменты, связанные со щенками и закатами, — и противопоставить их жизненным бедам. Но появление ребёнка на свет неизбежно влечёт за собой причинение вреда незнакомцу (ведь до зачатия никто не знает, какими ценностями будет руководствоваться его ребёнок). Это ничем не отличается от того, чтобы безо всякой причины дать незнакомцу экстази, за исключением того, что вред, причиняемый жизнью, значительно превышает вред от экстази, а удовольствие от жизни для многих гораздо меньше."


— Sarah Perry
Every Cradle is a Grave: Rethinking the Ethics of Birth and Suicide

#philosophy

Промежуточный отчёт.

Укомплектовано, ждёт отправки.

На остальные подразделения ещё собирать и собирать...

Давайте молиться, чтобы это не стало широко известно

Есть знаменитая апокрифическая цитата сэра Чарльза Дарвина, которая с XIX века разгуливает в различных вариантах. Иногда её приписывают епископу Вустера, иногда — его супруге (или супруге епископа Эксетера), иногда — неизвестной викторианской женщине, которой (по неуказанным причинам) не разрешили посетить лекции по эволюции в Оксфорде в 1860 году, а в других случаях её приписывают анонимной викторианской супружеской паре. Сыщики из Quote Investigator пришли к выводу, что первоисточник этой цитаты — пастор Роберт Форман Хортон

В 1893 Хортон году считал, что теория Дарвина представляет собой вызов, однако не считал целесообразным пытаться её подавить или скрыть. Он привёл анекдот о взрослой незамужней женщине [spinster], чтобы проиллюстрировать неправильное отношение к поиску истины. Ниже приводится более подробный отрывок из лекции, которую он подготовил для выступления в Йельском университете:

"Некоторые проповедники, а также многие редакторы, бесславно решили избегать головокружительных высот Истины, укрыться в долине Традиции и подвергать анафеме тех, кто слишком доверяет Богу и Библии, чтобы последовать их примеру. Я не стремлюсь преуменьшать искушение, которое таким образом возникает у проповедника, даже у того, кто поистине послан Богом.

Он зачастую прекрасно понимает: если он закроет глаза на факты и будет слепо цепляться за старый, не подлежащий сомнению догматизм, то не только сам избежит мук, связанных с новыми знаниями, но и будет восхваляем толпами, укрывающимися в долине Традиции, и даже провозглашён героем, если обрушит свои молнии на истины, которые он никогда не осмеливался даже изучить.

Церковь кишит людьми, лишенными духовной силы и чьи легкие не способны вдыхать бодрящий воздух Истины: они подхватывают вопль той робкой и благопристойной старой девы, которая, услышав изложение дарвиновской теории о том, что люди произошли от обезьян, сказала: «Давайте надеяться, что это неправда, а если это так, то давайте это замалчивать»."
-----

Рисунок: «Мистер Берг приходит на помощь». На входе в «Общество по предотвращению жестокого обращения с животными. Президент Берг». Harper’s Weekly (19 августа 1871)

Деревянная гравюра по мотивам работы американского карикатуриста немецкого происхождения Томаса Наста (1840–1902).

Подпись гласит: Обманутая горилла. «Этот человек хочет присвоить себе мою родословную. Он утверждает, что является одним из моих потомков». А Берг и заявляет «Ну что ж, мистер Дарвин, как вы могли так его оскорбить?»» Шутка о том, что теория Дарвина является оскорблением для обезьян, повторялась на протяжении многих лет и в самых разных вариациях. Разумеется, многие считали (и продолжают сегодня) как раз наоборот: оскорбительно предполагать, будто люди родственны обезьянам.

#biology #history

Всего лишь ещё одна ветвь

Разбираемся с эволюционным древом жизни, чтобы не было стыдно.

Смотрим на иллюстрацию

(Слева) В эволюции нет ни «основных линий», ни «боковых ветвей». Несомненно, многие читатели сочтут, что дерево, изображённое на рисунке а, отражает основную линию эволюционного развития от примитивного предка к «продвинутому» виду, такому как человек, причём другие группы, например хрящевые или костистые [teleost] рыбы, представляются боковыми ветвями, отходящими от этой линии, несмотря на то, что примерно половина всех видов позвоночных — это костистые рыбы (а млекопитающие составляют лишь 10%).

Примечательно, что дерево, представленное на рисунке b, является столь же обоснованным, и, следуя той же ошибочной логике, в нём окунь выступал бы в качестве конечной точки предполагаемой основной линии, а все наземные позвоночные, включая человека, — в качестве кажущегося бокового ответвления. Важно, чтобы положения конечных узлов, каждый из которых представляет современный вид, не понимались ошибочно как имеющие какое-либо значение, поскольку это не так (см. рисунок в центре). Обратите также внимание на то, что люди более близко родственны костным рыбам* [bony fishes], чем любая из этих групп — акулам. С филогенетической точки зрения «рыбы» представляют собой некорректную категорию, обусловленную разными темпами морфологических изменений в различных линиях, и не отражают реальных родственных связей

-----
* Клада Osteichthyes — рыбы с костным скелетом — включает Sarcopterygii (целаканты и двоякодышащие рыбы) и Actinopterygii, к которым относится крупнейший класс позвоночных — Teleostei.
-----

(Посередине) Порядок конечных узлов не имеет значения. Одно из наиболее распространённых заблуждений в отношении эволюционных деревьев заключается в том, что порядок конечных узлов даёт информацию об их родстве. Такую информацию предоставляет лишь порядок ветвления (т. е. последовательность внутренних узлов); поскольку все внутренние узлы можно поворачивать, не влияя на топологию, порядок конечных узлов не имеет значения. Тем не менее у читателей наблюдается сильная склонность воспринимать это дерево как указание на то, что лягушки более близко родственны рыбам, чем люди. Это не так: и лягушки, и люди (а также птицы, ящерицы и кошки) одинаково близко родственны рыбам, поскольку, будучи четвероногими, они имеют общего предка, исключающего костистых рыб. С другой стороны, люди и кошки более близко родственны друг другу, чем любой из них — любому из других изображённых видов, поскольку у них есть недавний общий предок, исключающий остальные виды.

Дерево на рисунке b демонстрирует топологию, идентичную топологии на рисунке a, и, следовательно, является столь же достоверным. В данном случае та же самая ошибка интерпретации, заключающаяся в «чтении по вершинам», привела бы к ложному выводу о том, что птицы более близко родственны рыбам, чем кошки, или что люди более близко родственны лягушкам, чем ящерицам и птицам. Поскольку птицы, кошки, ящерицы и люди имеют общего предка как амниоты*, все они в равной степени родственны лягушкам. При первом изучении дерева рекомендуется мысленно поворачивать несколько внутренних узлов, чтобы исключить неверные интерпретации, основанные на прочтении порядка конечных узлов

-----
* Амниоты — группа костных позвоночных, включающая всех современных рептилий (класс Reptilia), птиц (класс Aves), млекопитающих (класс Mammalia), а также их вымерших родственников и предков. Амниоты представляют собой эволюционную ветвь (кладу) четвероногих (надкласс Tetrapoda), у которых эмбрион развивается внутри комплекса защитных зародышевых оболочек: амниона — для защиты эмбриона, хориона — для газообмена, а аллантоиса — для выведения или накопления продуктов метаболизма.
-----

(Справа) «Кузены» не являются предками, и люди не происходят от шимпанзе; на рисунке а показано эволюционное дерево антропоидных приматов в том виде, в каком его часто изображают, а именно как несбалансированное дерево с право-лестничной структурой, на крайнем конце которого находятся люди. При таком взгляде могут возникнуть несколько наиболее распространённых заблуждений при интерпретации деревьев: например, что люди являются конечной точкой «основной линии» (нет), что с левой стороны на правую наблюдается тенденция к «человечности» (нет), что в родословной человека присутствует обезьяний предок или что в родословных (нет), ведущих к другим современным видам приматов, не было ветвления (ещё раз нет).

Все эти утверждения абсолютно неверны. Это становится более понятным, если повернуть несколько внутренних узлов, как показано на рисунке b, который представляет собой столь же точное изображение родственных связей приматов. Люди и шимпанзе более близко родственны друг другу, чем любой из них — гориллам, орангутанам или любым другим современным приматам. Однако обратите внимание, что «шимпанзе», хотя здесь и изображены в виде одного конечного узла, включают в себя как обыкновенного шимпанзе (Pan troglodytes), так и бонобо (Pan paniscus), и если бы это древо было составлено всего лишь 30 000 лет назад, оно также включало бы неандертальцев (Homo neanderthalensis) в качестве сестринского вида по отношению к человеку.

Люди не являются потомками шимпанзе в той же мере, в какой шимпанзе не являются потомками людей; скорее, у этих двух видов есть общий предок (U), живший примерно 5–7 миллионов лет назад и не являвшийся ни человеком, ни шимпанзе.

«Обезьяны» [monkeys] подразделяются на линии Старого и Нового Света. Обезьяны Старого Света имеют с человекообразными обезьянами [apes] (Y) более близкого предка, чем любая из этих групп с обезьянами Нового Света (Z), что означает: человекообразные обезьяны (включая человека) и обезьяны Старого Света в равной степени родственны обезьянам Нового Света. Обезьяны не являются предками человека: эти две линии родственны как дальние кузены, а не как бабушки-дедушки и внуки.


Understanding Evolutionary Trees

#biology #evolution